Ratel.kz продолжает публикацию знаменитых записок «Плетенье чепухи» Герольда Бельгера, не увидевших свет при жизни писателя
На снимке: Герольд Бельгер.
Продолжение. Читайте часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5, часть 6, часть 7, часть 8, часть 9, часть 10, часть 11, часть 12, часть 13, часть 14, часть 15, часть 16, часть 17, часть 18, часть 19, часть 20, часть 21, часть 22, часть 23, часть 24, часть 25, часть 26, часть 27, часть 28, часть 29, часть 30, часть 31, часть 32, часть 33, часть 34, часть 35, часть 36, часть 37, часть 38, часть 39, часть 40, часть 41, часть 42, часть 43, часть 44, часть 45, часть 46, часть 47, часть 48, часть 49, часть 50, часть 51, часть 52, часть 53, часть 54, часть 55, часть 56, часть 57, часть 58, часть 59, часть 60, часть 61, часть 62, часть 63, часть 64, часть 65, часть 66, часть 67, часть 68, часть 69, часть 70.
Покойный писатель Иван Павлович ЩЕГОЛИХИН обладал незаурядным жизненным опытом, обо всём имел свое суждение, иногда парадоксальное, был, что называется, тертый калач, знавал, почем фунт лиха, и хотя я не все его мнения разделял, охотно и много с ним беседовал.
Время было сложное, только-только робко складывалось независимое государство, мы оба не стояли на отшибе всех событий, которые лавиной обрушивались на всех мало-мальски мыслящих людей.
Одна из постоянных тем наших бесед, помню, была будущее Казахстана: мы ведь оба были верными казахстанцами – он костанайский, я североказахстанский. Он был из раскулаченного племени, я – из депортированного.
Мы искали определения понятиям «нищета», «бедность», «богатство». Нам чудилось, что вполне реально создать общество материально обеспеченных, относительно состоятельных граждан. Ведь в нашей огромной стране есть всё, Создатель не скупился на своих благодеяниях. И народ покладистый, терпеливый, толерантный. Однако сомнения брали верх: ай, вряд ли можно уповать на крутой взлет. Вековые испытания пошатнули дух номадов. Слишком много прорех и изъянов накопилось. Добиться максимума в своих свершениях возможно, но никак не скоро.
Иван Павлович ссылался на контрасты Индии: с одной стороны, сказочное богатство, а с другой – безысходная нищета. Неужели и Казахстан обречен на такой удел?..
С аульной бедностью я столкнулся в военное лихолетье. Правда, наша семья не бедствовала, благодаря смекалке и трудолюбию родителей: даже в ссылке обзавелись коровой, курами, огородом, лесными и степными дарами, хмелем-солодом, ловили в старицах и Есиле рыбу. У местного населения на первых порах всего этого не было.
С тех пор прошло более семидесяти лет. В Казахстане изменилось всё. Неузнаваемо. Несравнимо. Нищих, полагаю, не осталось. Разве что бомжи, промышляющие у мусорных баков.
А вот бедолаг по-прежнему многовато. Некоторые смирились с нуждой, покорились: «И-и-и, Алла, бергеніңе шүкір». Другие отчаянно пытаются обрести сразу всё: жилье, тачку (пусть завалящую), телевизор, холодильник, стиральную машину, ковры, мебель, дачу – все атрибуты благополучия. И берут безоглядно кредит – один, два, три, пытаясь расплатиться с божьей помощью. Даже на свадьбу, на поминки, на сундет-той, на постройку дома, на бизнес. Чем мы хуже других! Один раз живем! Аллах и добрые люди подскажут выход. Бұйырғаны болар! Не будем, как бишара, протягивать ножки по одежке. Рискнем! Тауекель! Родное государство в беде не оставит.
И что в результате? Та же бедность, процентная удавка, кабала, ярмо беспросветья на грани рабства.
Увы, не всем бутерброд с икрой уготован. Иным приходится довольствоваться пирогом «с нетом», или зачерствевшим баурсаком.
Но азазель-искуситель любит потешаться над человеческим тщеславием и скудоумием. И людишки запросто попадаются в этот сладкий капкан. Отсюда неистребимая бедность. Ойпырмай, жетпейді-ау, жетпейді!
Впрочем, вариантов много. Не только банковский кредит.
В последние годы я много читаю и перечитываю Льва ТОЛСТОГО. Преимущественно дневники, философские и религиозные трактаты, морализаторские гаклии. А также многочисленные воспоминания и эссе о русском гении. Восхищаюсь, умиляюсь, но учение великого Арыстана мне чуждо, апология простоты, бедности, осуждение собственности и богатства, физические ограничения и запреты, религиозные поиски, отчуждение от всего материального, аскетизм, непротивление злу и т. д. меня не прельщают. Человек всё же должен стремиться к достойной жизни. Он ее заслуживает. Он не должен копошиться у мусорных баков. Это не его доля, если даже ему удобно так жить. И богатство, необходимое нормальному естеству, имеет свои границы, свою меру, свои пределы. Хапать всё подряд и жрать в три горла – совсем не счастье. И разумно всё-таки протягивать ножки по одежке.
К этому выводу я твердо пришел, прожив к настоящему времени 80 лет. Не надо лишнего, но и голым задом сверкать не стоит.
Я всегда жил скромно. Довольствовался тем, что зарабатывал пером. До 37 лет постоянно жил в долгах. Это было прискорбно и унизительно. Но ничего – продержался. Не иссволочился, не скурвился, не ожесточился. Сохранил, сберег живую душу.
Что значит жить скромно и достойно? По нынешним временам, полагаю, что каждому члену семьи необходимо в месяц иметь по 70-75 тысяч тенгушек, заниматься любимым делом, обладать кое-какой заначкой (допустим, два-три десятка тысяч «зелененьких»), и никаких кредитов, долгов, страхов из-за девальвации, кризисов и дурных финансовых реформ. А миллионы и миллиарды принесут лишь головную боль, разброд, шатание, нервные срывы и тотальные стрессы. Это всё равно что съесть лишнее. Расплата неминуема. Острослов Калтай (МУХАМЕДЖАНОВ. – Ред.) в таких случаях говорил, что даже собака, прежде чем проглотить кость, оглядывается на свой зад, прикидывая свою возможность благополучно исторгнуть её.
Казахстан был долгое время бедной страной. И сейчас богатством не блещет, хотя и появились богатеи, олигархи, которые с жиру бесятся.
Но они большей частью нравственно подрывают независимое государство, сделав из него источник наживы и сами превратившись в моральных уродов, что тщатся пришить мешки-коржуны с деньгами к своему гробу. Нет, не получится. Даже мифическому Крезу не удалось. На тот свет архангел не пропускал ни одного смертного с корджуном. Нагим пришел на землю, нагим отправишься на тот свет. Был прахом, станешь прахом. Помнить о том не грех.
* * *
Сколько раз мне приходилось по разным источникам читать сентенцию, которую упорно приписывают Льву Толстому: «Патриотизм – последнее прибежище негодяя».
Выражение это мне всегда казалось сомнительным.
Теперь узнал, что сказал это совсем не Лев Николаевич Толстой, а ДЖОНСОН. Толстой только включил это изречение в «Круг чтения».
А кто такой Джонсон?
Сэмюель Джонсон (1709-1784 гг.) – английский писатель и лексикограф. Толстому эта мысль была просто созвучна.
Ныне принято ругать патриотизм и патриотов. Я эту точку зрения не приемлю. Я воспитан в духе уважения к реальному и достойному чувству патриотизма. К негодяйству его не причисляю.
Другое дело – патриотизм на грани истерии, эйфории. Это – гнусь. Такой «патриотизм» ведет в тупик, в никуда. Это нечто преходящее, уродливое и постыдное. Разновидность фашизма.
* * *
Нынешние политические лидеры – как зарубежные, так и доморощенные – на мой взгляд, слишком говорливы. Пространно лялякают по любому поводу. В результате полная девальвация слова. Оно превратилось в шелуху. Вспомним неуемные словоизвержения ХРУЩЁВА, ГОРБАЧЁВА, Ф. КАСТРО, ПУТИНА, ОБАМЫ, МЕРКЕЛЬ… Явный перебор! Соришь словами – роняешь престиж – свой и страны. Легковесный треп стал вселенской бедой. Бабий язык не красит политического деятеля. Бла-бла-бла – предтеча развала и краха.
Фото: Михаил СОРОКОУМОВ.
Ratel.kz выражает благодарность режиссеру Ермеку ТУРСУНОВУ за подготовку записок Герольда БЕЛЬГЕРА к печати.
