Живописный Казахстан: взгляд Андрея Михайлова
Спрос, как известно, рождает предложение. И наоборот. Чем напряжённее в Казахстане работают умы над "туристической привлекательностью", тем больше возникает всяких новоявленных достопримечательностей, в числе которых особой притягательной силой обладают деревья, которые что-то "помнят". Что? Ну, например, как под ними сиживал, потягивая холодный кумыс, грозный Потрясатель Вселенной. Об одном из таких чудотворных памятников "700-летних ивах", произрастающих в заповеднике "Алтын-эмель", я как-то рассказывал.
Напомню, при ближайшем рассмотрении, оказалось, что Чингисхан в действительности мог бы отдыхать под этими деревьями лишь в случае, если бы принадлежал к славному роду Мафусаилову и дожил до XX века. По утверждению официальной науки, ива – очень недолговечное дерево. Большинство научных источников ограничивают предельный возраст деревьев данного рода семейства одним веком. Да и то в самых редких вариантах. Увы.
А имеются ли в степном Казахстане деревья, которые в действительности способны "помнить Чингисхана"? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно прояснить, какая порода произрастающих в Республике наиболее долгоживущая. И тут, пожалуй, нет конкурентов у арчи – древовидного можжевельника, которому по продолжительности жизни как раз-таки и приписывается возраст истинных библейских патриархов.
Так, авторы выпущенной издательством "Кайнар" в 1981 книжицы "Редкие и ценные растения Казахстана" утверждают, что некоторые виды арчи доживают до 1500-летнего возраста. Хотя один из самых сведущих специалистов-ботаников республики Анна Андреевна ИВАЩЕНКО в энциклопедии "Растительный мир Казахстана" даёт более скромные цифры – 800-1000 лет.
Но, согласитесь, пусть даже 1000 лет – это звучит гордо! И хотя теоретически с арчой могут посоперничать ещё два дерева, произрастающие в Казахстане – сибирская лиственница и дуб (на фото знаменитый экземпляр, который можно охватить в Алматинском зоопарке) – фрагментарно-окраинные природные ареалы и распространение в культуре не дают этим патриархам таких основательных позиций на нашей территории.
Арча – вне конкуренции. Что до конкретного рекордсмена, того самого дерева-памятника, то имя его неизвестно. Можно лишь с уверенностью указать границы поиска раритета. Горные высокоствольные леса из полушаровидной и зеравшанской арчи в Южном Казахстане. И, скорее всего, в Таласском Алатау, в границах самых непроходимых ущелий и каньонов Аксу-Джабаглинского заповедника. И эта труднодоступность – немаловажный критерий поиска.
Дело в том, что арча в условиях бедной лесами Средней Азии издревле использовалась в качестве ценного строительного материала. Чего только не выделывали из её ценной древесины изощрённые умельцы региона! Изумительные по красоте и филигранности резные двери дворцов Коканда и Самарканда (наподобие древних створок комплекса Ахмеда ЯСАВИ в Туркестане), изящные и разноликие (штучные!) колонны мечетей Хивы и Бухары, решётки-панджара на окнах богатых домов по всему Туркестану, надёжные сундуки – степные "сейфы" кочевников. А ещё – всякую ширпотребную мелочь: ароматные изысканные гребни, какими расчёсывали свои бесконечные волосы газелеокие красавицы гаремов, аскетично-изысканные подставки, на которые самые благочестивые муллы ставили при чтении драгоценный Коран, панно с вырезанными сценами из жизни неведомых божеств… Без всего этого не было бы местной истории.
Дерево в странах, расположенных среди пустынь, ценилось дороже воды, а арча, облагороженная прикосновением художника, приравнивалась к золоту. Неслучайно изделия из неё жили гораздо дольше своих хозяев, дольше их глиняных жилищ и даже дольше городов. А в числе прочих военных трофеев армии победителей увозили со свежих руин и двери, и колонны.
По своему культурно-историческому значению горные арчевники Западного Тянь-Шаня можно уподобить знаменитым лесам ливанского кедра – дерева, оставившего столь глубокий след в ранней истории цивилизаций Месопотамии, Восточного Средиземноморья, Египта. Кедровые леса Ливана, где на лесоповале трудился ещё первый литературный герой Земли, "урук" Гильгамеш, давно стали достоянием преданий. А арчёвники Таласского Алатау сохранились, щетинятся себе этакой редкой чёрной шерстью, вздыбленной по хребтинам и ущельям местных гор.
Арча живёт 1000 лет. Может быть, потому уже само приближение к такому дереву – это заведомое прикосновение к некоей тайне. Есть у дерева память, нет у дерева памяти – по большому счёту это не так и важно. Главное, что память есть у нас. И она способна дополнить то, что случилось "на памяти" дерева. Но даже если не думать о вечности, прогулки в можжевеловых лесах всё равно не остаются без последствий. Приземистые патриархи словно источают из себя осязаемый положительный заряд. Воздух тут буквально напоён живительной энергией и здоровой аурой долгожителей. При желании к их жёстким ветвям и неожиданно податливой хвое можно прикоснуться рукой. Подышать с ними одним воздухом. Посопричастничать.
Андрей Михайлов - писатель, автор географической дилогии "К западу от Востока. К востоку от Запада".
Фото: Ⓒ Ratel.kz / Андрей Михайлов. Горные арчевники снимались в заповеднике Аксу-Джабаглы.
ПОДЕЛИТЬСЯ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУДИТЬ СТАТЬЮ ВЫ МОЖЕТЕ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!
