Оппозиционный российский политик влияет и на казахстанскую молодежь
Читайте предыдущую статью Жараса АХМЕТОВА "Страсти по Навальному".
Обаятельный и привлекательный
В интервью РБК зампредседателя научного совета ВЦИОМа Владимир ПЕТУХОВ отметил, что с 2011 года узнаваемость Навального выросла на 50%: «Это фантастический рост, я не помню, были ли еще такие случаи».
Многие обратили внимание, что на последних акциях протеста, прошедших по всей России и организованных Навальным, было много молодежи.
Денис ВОЛКОВ, эксперт Левада-центра, объясняет этот феномен тем, что Навальный говорит с молодежью на одном языке, по привычным ей информационным каналам. Он гораздо динамичнее, интереснее политического истеблишмента и старой демократической номенклатуры.
«Наконец, в своих выступлениях Навальный постоянно подчеркивает простые, но очень важные вещи: врать, воровать и лицемерить плохо. Коррупция и взятки — неправильно. При этом он постоянно иллюстрирует свои слова красочными примерами… У молодых людей, которые еще не лишились доли идеализма, такие слова должны вызывать душевный подъем. В этом отношении Навальный также восполняет существующий в нашей политике дефицит. И это привлекает».
Молодой, энергичный, харизматичный политик, не побоявшийся бросить вызов власти, форматирует политическое пространство России и не только.
У нас нет доступной и значимой социологии, которая определяла бы отношение к Навальному среди казахстанской молодежи. Но если исходить из того, что самые популярные в ее среде социальные сети российские – ВКонтакте и Одноклассники, то можно предположить, что российский оппозиционер влияет и на нашу молодежь.
Защитники Навального
В прошлой заметке в основном разбиралась критика программы Алексея Навального Андреем МОВЧАНОМ, российским либеральным экономистом. На мой взгляд, критика не во всем была точна и справедлива, но, в любом случае заслуживает внимания, потому что четко обозначила главное свойство Навального как политика – популизм.
Однако нельзя пренебречь и позицией сторонников Навального.
Максим МИРОНОВ, профессор IE Business school (Мадрид), вступил в полемику с Мовчаном.
Во-первых, он оспаривает точку зрения оппонента на то, что рост минимальной заработной платы в три раза приведет к всплеску инфляции, которая съест прибавку.
Максим Миронов считает, что такого не произойдет, в обоснование чего привел в целом верные рассуждения о природе инфляции.
Надо сказать, что оппоненты занимаются довольно странной для экономистов дискуссией. Речь ведь идет о модели будущего, которое наступит после того, как Навальный станет президентом России.
Параметры у модели довольно смутные, известно лишь только то, что бюджетные расходы будут эффективными, а транзакционные издержки на бизнес снизятся. В рамках такой модели возможно не только трех-, но и пятикратное безинфляционное увеличение размеров минимальной оплаты труда.
Экономисты, в первую очередь, должны обсуждать модель, ее реализуемость, параметры. И только во вторую очередь эффекты, в том числе и рост оплаты труда, которые принесет ее реализация.
Пока нет программы саму модель обсуждать невозможно. Поэтому аргументы как за, так и против, просто подвисают в воздухе.
Навальному же стоит предъявить претензию в том, что он не дал общих характеристик своей социально-экономической модели и, хотя бы в самых общих чертах, методику ее реализации.
Без этого, действительно, лозунг о трехкратном росте минимальной заработной платы, по существу является популизмом.
Во-вторых, Максим Миронов защищает тезис о том, что ужесточение наказания за коррупцию способно ее победить.
Для начала заметим, что в явном виде у Навального такого тезиса нет. В том, что им опубликовано, к борьбе с коррупцией относится 6 пунктов.
- Борьба с незаконным обогащением. Если чиновник ведёт роскошный образ жизни, его расходы явно больше его легальных доходов и он не может объяснить происхождение денег — против него должно возбуждаться уголовное дело.
- Антикоррупционные процессы должны вестись публично и гласно. Никто не должен уходить от ответственности, как это было с СЕРДЮКОВЫМ и ВАСИЛЬЕВОЙ.
- Прозрачность в госкомпаниях. Алексей Навальный и ФБК разработали пакет законопроектов, благодаря которым госкомпании перестанут быть кормушками для родственников и друзей высших государственных чиновников.
- Если СМИ публикует факты о коррупции чиновника, тот обязан их опровергнуть или уйти в отставку и подвергнуться уголовному преследованию.
- Принятие законопроекта ФБК о борьбе с коррупцией в госзаказе, где сейчас, по официальным данным Счетной палаты, ежегодно расхищается свыше 1,5 трлн рублей.
- Полное раскрытие конечных собственников всех компаний, поставляющих услуги и товары государственным компаниям.
Если не считать того, что Навальный предлагает ввести презумпцию виновности по коррупционным преступлениям – обвиняемый должен доказать, что он невиновен – ничего экстраординарного в этих пунктах нет. Да и презумпция виновности в таких сложных преступлениях, как коррупционные, вполне возможна.
Другое дело, что сами по себе эти пункты, если они будут реализованы, никакого эффекта не дадут. В первую очередь необходимо устранять условия, благоприятные для возникновения коррупции, например, ограниченный доступ к общественным благам.
Только в сочетании с этим меры, предлагаемые Навальным, могут оказаться эффективными.
Все же рассуждения Миронова о том, что ужесточение наказания сведет коррупцию на нет, имеют схоластический характер и не соотносятся с реальной жизнью: в Китае за коррупцию расстреливают, а она процветает.
Насколько ни были бы неточны в своих претензиях оппоненты Навального, позиция его сторонников совсем не выдерживает критики. И это понятно. Популизм тяжело обосновывать рациональными аргументами, потому что в его основе лежит апелляция к чувствам, к иррациональному.
У последней черты
Георгий САТТАРОВ, социолог, бывший помощник Бориса ЕЛЬЦИНА, тоже вступил в полемику с оппонентами Навального. В своей заметке «Куда ведут поиски политика моей мечты» он пишет: «Россия стоит у черты, думать и писать о которой много страшнее, чем о находящемся в тюрьме Навальном (заметка была написана, когда Навальный отбывал административный арест – Ж. А.). И сейчас есть только одна политическая задача – отодвинуть себя и страну от этой черты. Иными словами – оставить России шанс на существование. Тут все предельно просто: меньше произвола власти, меньше коррупции, и регулярная, неоспоримая сменяемость власти на честных и непредсказуемых выборах».
Действительно ли Россия стоит у «последней черты»? Андрей Мовчан полагает, что нет - запас прочности еще очень высок.
Кто же из них прав?
И СТАРОДУБРОВСКАЯ, и В. МАУ в книге «Великие революции. От Кромвеля до Путина» определяют общее свойство для всех стран, переступивших последнюю черту: «Революции происходят в тех странах, которые сталкиваются с принципиально новыми, нетипичными для них проблемами, порожденными как процессами внутреннего развития, так и общемировыми, глобальными тенденциями. При этом институциональная структура и психологические стереотипы населения этих государств не позволяют гибко приспосабливаться к новым требованиям; и эти встроенные ограничители, препятствующие адаптации, не удается устранить в процессе эволюционного развития. Если в системе общественных отношений нет внутренних преград, не позволяющих обществу адекватно реагировать на возникающие проблемы, приспособление возможно без революционных катаклизмов, хотя оно бывает достаточно болезненным. Таким образом, принципиальный фактор устойчивости структур и отношений, сложившихся в обществе — это их адаптивность, способность приспосабливаться к изменяющейся среде (подчеркнуто мной – Ж. А.).
Андрей Мовчан в этом же интервью говорит, что не верит адаптивность современной России, ее способность приспосабливаться к изменяющейся среде.
Если исходить из позиции Стародубровской и Мау, то ближе к истине Саттаров.
Мысленный эксперимент
Если бы я был гражданином России, и если бы Навального допустили к участию к выборам, то проголосовал бы я за него?
Навальный - популист, в нем явно видна склонность к авторитаризму. Но несмотря на это, я все же отдал бы свой голос за него.
Мотивы мои были бы просты: Навальный все равно не победит на выборах, но чем больше он получит голосов, тем сильнее власть будет мотивирована на изменения, на приспособление к новым обстоятельствам.
Однако, если вдруг таких, как я, набралось бы слишком много, и Навальный неожиданно победил бы на выборах, я бы себя корил за это всю оставшуюся жизнь.
Фото: ru-polit.livejournal.com.
