Демонстрация всех ужасов гуманитарной катастрофы могла бы остудить горячие головы
Киевские власти предлагают запустить трансляцию русскоязычных украинских телеканалов в Казахстане. Это предложение высказано в ходе визита депутатов украинской рады в Астану.
Казалось бы, что в этом сложного и крамольного? Судя по обилию российских СМИ, серьезных законодательных барьеров к этому нет. Технологически это сделать еще проще. Но подозреваю, что данное предложение вызовет на Левобережье серьезные дискуссии, которые в конечном итоге закончатся не в пользу принятия украинского предложения.
Резонов может быть высказано несколько – «от Москва обидится» до «импорта Майдана в Казахстан» или, как утверждают некоторые комментаторы в социальных сетях, до пропаганды фашизма и культивирования свастики.
Первая отговорка, согласитесь, звучит весьма натянуто. С одной стороны, нелепо обижаться на информационную политику суверенного государства, еще и главного стратегического партнера и самого надежного союзника. Более того, нам приходится противостоять и по более серьезным вопросам, чем трансляция украинских телеканалов при условии, что официально Украина и Россия не находятся в состоянии войны. Нам приходится всерьез дискутировать с нашим партнером и на тему Евразийского парламента, и единой валюты, и по вопросам ограничения на товары, произведенные в РФ или наоборот. Трансляция телеканалов по сравнению с этим, включая непризнание Казахстаном Абхазии, Южной Осетии и Крыма, это просто несущественная мелочь. Так что позицию мы проявлять умеем и при необходимости можем не оглядываться.
Экспорт Майдана, конечно, выглядит более серьезной угрозой. Но кто поверит, что по официальным телеканалам, получающим разрешение на трансляцию с таким трудом, будут запускаться антигосударственные в отношении нашей страны темы? Все ведь осознают, что отключение кнопки в подобном случае последует незамедлительно. Причем всех украинских телеканалов сразу, а не только того, который позволил поставить в эфир крамолу. Рискнут ли они терять казахстанский рекламный рынок и аудиторию? Учитывая сложную экономическую ситуацию в Украине, вряд ли.
То же самое можно сказать и о возможной пропаганде фашизма и насаждении культа свастики. Насколько нам известно, Петр Порошенко уже подписал нашумевший закон о запрете пропаганды коммунистической и фашистской символики. Так что свастика не только нам, но и украинской аудитории не грозит.
В то же время на данный момент российское телевидение является фактически полноправным хозяином нашего медиарынка. И если бы это касалось только экономической стороны вопроса. Проблема в том, что распятые мальчики, жидобандеровцы, ополченцы и каратели уже прочно внедрились в наше сознание и стали серьезным фактором разобщения населения. Одна часть которого вдруг стала испытывать крайнюю степень неприязни к соседу и стратегическому партнеру, с которым нас связывает самая продолжительная сухопутная граница, а другая - собирает гуманитарную помощь ополченцам Донбасса, вплоть до экспорта любителей поиграть в войну. И градус этой истерики накален до немыслимых пределов. Достаточно вспомнить нашумевшие судебные разбирательства с поборницей «русского мира», угрожавшей согражданам скорым приходом армии Путина и аннексией части страны.
Понятно, что в этой ситуации наши СМИ оказываются уже не в состоянии противостоять небывалому пропагандистскому валу, подкрепленному колоссальными бюджетами. Другое дело – появление альтернативной точки зрения. Классическое правило объективной журналистики – показывать позицию обеих сторон. Именно это произошло бы в случае включения украинских телеканалов в Казахстане. Зритель наконец смог бы увидеть ситуацию с разных сторон, услышать спорные позиции и сделать собственные выводы. Ведь именно противоречивость информации вынуждает индивида включить мозг и заставить его анализировать. В то время как российский информационный эксперимент стал явным свидетельством того, что откровенная и однобокая пропаганда воспринимается массами безо всякого критического анализа, переваривается мгновенно, выдавая на выходе почти девяностопроцентный рейтинг.
В этой связи есть все основания рассчитывать, что появление на нашем поле украинского телевидения способствовало бы снижению напряженности в обществе, его чрезмерной поляризации и истерических настроений. Показанная с той стороны Донбасса картинка, демонстрация всех ужасов гуманитарной катастрофы могли бы остудить горячие головы желающих повоевать или устроить подобное на Родине. Что в конечном итоге могло бы стать хорошей вакциной от радикализма и сепаратизма.
Ну и, в конце концов, возникновение новых кнопок еще больше повысило бы конкуренцию на отечественном медиаполе. С одной стороны, наши телеканалы стали бы с большей энергией бороться за телезрителя, с другой – осваивать на примерах конкурентов новые форматы, улучшать качество своего эфира. А самое главное - в какой-то момент у аудитории неизбежно возникло бы чувство пресыщения украинской тематикой, и, устав от российско-украинской информационной войны, она вернулась бы в спокойное лоно отечественного эфира. А казахстанские каналы к тому времени уже успели бы значительно вырасти в условиях жесточайшей конкуренции. Не этого ли все последние годы добиваются наши идеологи?
