Какой срок отпущен Казахстану?
Две недели назад на нашем сайте появилось очень жесткое интервью депутата Галины БАЙМАХАНОВОЙ. Напомню: ветеран казахстанской геологии рассказала о том, что за последние 30 лет в Казахстане не открыто ни одного (!) крупного месторождения, а через 10-12 лет металлургические предприятия страны могут остаться без местной руды. Причина – деградация геологической науки и профанация исследований: специфика освоения бюджетных средств такова, что геологи выезжают в поле аж в ноябре. Лаборатории 60-х годов, негде хранить добытые образцы, нет специалистов и т. д. То есть очень скоро мы будем только в общем представлять, что в недрах Казахстана хранится таблица Менделеева, а где точно и как добывать природные ресурсы – будут знать только иностранцы.
Но реакции – ноль. Депутата Баймаханову один большой начальник упрекнул за выступление в «оппозиционной прессе», но никаких официальных ответов на вопросы, поставленные в интервью, не прозвучало.
На минуточку – речь идет о депутате мажилиса. Это вам не запись в социальной сети об антиобщественном поступке бытового характера, а выступление представителя одной из трех ветвей власти, законодателя, поднимающее весьма серьезные проблемы, касающиеся вопросов национальной безопасности.
Сегодня был правительственный час, посвященный нефтегазовой отрасли. Косвенно первый вице-премьер Бакытжан САГИНТАЕВ подтвердил слова Баймахановой, заявив, что больше половины нефтяных месторождений Казахстана прошли пик добычи и теперь добирают остатки.
На самом деле чиновники должны были хотя бы собрать пресс-конференцию по поводу этого неординарного интервью. Сообщить, что проблема есть, и депутата услышали.
Из молчания ответственных товарищей можно сделать несколько очень неприятных выводов.
Представительная власть в Казахстане является чем-то вроде бытового прибора. Никто же не будет полемизировать с микроволновкой или музыкальным центром. Надоест – выключим или поменяем. Впрочем, такая ситуация сложилась не вчера, нынешние министры, возможно, даже и не понимают, почему они должны реагировать на критику депутатов.
Второй вывод гораздо хуже. Высокопоставленные чиновники не планируют свою жизнь в стране дольше, чем на 10-15 лет. На этот срок разведанных запасов хватит, чтобы обеспечить небольшой рост экономики, а что там будет дальше – мало кого интересует. Это утверждение, кстати, хорошо соотносится с докладом Института экономических исследований, в котором говорится, что к 2030 году начнется угасание экономического роста Казахстана из-за сокращения объемов добычи нефти. То есть государственные менеджеры очень хорошо представляют состояние экономики страны и ее ближайшую перспективу, но менять ситуацию не хотят. Признать публично, что депутат права, означает констатацию ущербности политики, проводимой в стране, поскольку проблемы геологии возникли не вчера, а копились десятилетиями. Отмечу, что примерно те же проблемы и в других отраслях – любой честный специалист может рассказать о своей сфере примерно то же самое.
Но признание очевидных системных проблем может очень дорого обойтись любому министру. Однако, если не нарушать табу, то можно заработать состояние, просто сохраняя лояльность. Пару лет назад экономист Ораз ЖАНДОСОВ заявил, что половина членов правительства – миллиардеры. То есть им есть что терять.
Когда экономика начнет падать, начнутся социальные волнения. Самое время уехать, оставив после себя страну, променявшую свой исторический шанс на личное обогащение отдельных своих граждан. Теперь уже становится ясно, когда это случится…
Один только вопрос остается открытым. Как быть с концепцией Мәңгілік Ел?
