Почему особый путь Казахстана ведет в никуда
В этом году паводки и дожди показали, насколько мы слабо подготовлены к природным катаклизмам. Затопило Карагандинскую область, пригороды столицы. После субботнего дождя улицы Астаны превратились в реки, в которых тонули автомобили. Чиновники разводят руками и апеллируют к небесам, отверзшим хляби.
В Алматы обрушился строящийся мост, в Павлодаре на недавно отремонтированном мосту обвалилось дорожное покрытие. В общем-то, не авария ракетоносителя «Протон», но внятного ответа, почему рушатся мосты, до сих пор нет.
До сих пор неясно, почему сгорел павильон торгового центра «Адем». При этом несчастных арендаторов вынуждают подписывать протокол об ознакомлении с результатами пожарно-технической экспертизы, которой еще никто не видел, и, допускаю, что она вообще еще не написана.
Больше половины предприятий, запущенных в рамках программы форсированного индустриально-инновационного развития, так не вышли на проектную мощность. Это только по официальным данным. Но даже при этом выходит, что каждый второй проект, согласованный и одобренный государственными служащими и топ-менеджерами квазигосударственных институтов, - мимо кассы.
Лопнувший трубопровод на Кашаганском месторождении, падающие самолеты, фонтаны из теплосетей – это только навскидку.
Кто-то скажет, что это случайные совпадения. Но случайность – это невыявленная закономерность.
На самом деле приоритет не в том, чтобы качественно построить завод, который будет приносить прибыль. Дорогу, которая не превратится в речку и не покроется через полгода ухабами. Здание, которое не будет осыпаться и гореть, как зажигалка. Иными словами, любой объект, созидаемый в стране при участии государства, создается совсем не для того, чтобы выполнять предназначенные ему функции.
В чем же смысл? Очень просто – все, что нам нужно, это показать, что деньги освоены. То есть мы создаем фикцию, а единственная реальность – это откат, получаемый чиновниками, принимающими решение.
Можно торжественно запускать предприятия, вручать квартиры новоселам, снимать детишек в новой школе. Это мы научились делать очень хорошо. Никого не интересует обратная сторона медали – предприятие простаивает, дом разваливается, а дети справляют нужду на дырку в уличном сортире.
Это замкнутая система. Процесс выглядит примерно так: под некий проект выделяются государственные деньги, затем они благополучно «распиливаются». Публике предъявляется некий результат – статьи оплачиваются в рамках госзаказа. Затем проводятся заказные соцопросы с заранее известным результатом, которые показывают, как население радуется новым предприятиям, социальным объектам и хорошим дорогам. На каждом шаге нужные люди получают свое вознаграждение.
В силу того, что мы создаем фикцию, специалисты нам не нужны. Достаточно посмотреть на алматинские развязки или проехать по суперсовременным проспектам столицы во время дождя – несложно понять, что участие в госпроектах профессионалов, разбирающихся в деле, было минимальным.
Жизнь в стране становится очень опасной. Врачи диагностируют беременность у юноши, массово заражают детей ВИЧ-инфекцией, от прививок начинаются судороги. Учебники пестрят ошибками, и министерство вынуждено зазывать учащихся и родителей к себе на сайт, чтобы те сообщали о многочисленных ляпах в книжках, поскольку сами они с этим справиться не могут. Умные люди советуют селиться в домах, построенных до 90-х годов прошлого века, не лечиться у врачей, моложе 45 лет, искать в букинистических магазинах советские учебники по математике, физике и химии и обучать детей самостоятельно. Но от всего не убережешься.
Когда в стране роль специалистов сводится только к подписи, одобряющей право начальства на законный откат, происходит стремительная деградация. Специалисту, лишенному права голоса, своего мнения, грозит тюрьма, поскольку его всегда могут сделать крайним в случае аварии. Полковник Николай ОРАКЕЕВ, рискнувший выступить против начальства АО «Казахвзрывпром», получил реальный срок – его обвинили в гибели людей, хотя именно он выступал против нарушения технологии утилизации снарядов, раскрыл, по каким ценам продавался цветной металл, и обнаружил недостачу взрывчатки. Его начальник, в бытность которого произошли смертельные взрывы, благополучно пересел в другое кресло.
Не хочется быть Кассандрой, но число аварий, как и масштабы ущерба от стихийных бедствий, будут увеличиваться. Да, мы безнадежно отстаем в технологиях, но скоро даже импортные инновации нам будут недоступны. Нажимать кнопки – это еще не все, что нужно для результата. Нужно хотя бы понимать, к каким результатам приводит нажатие кнопки, и почему так происходит.
А для этого нужны специалисты.
Но штука в том, что стране они не нужны. Сильно мешают заниматься привычным делом – пилить и осваивать, требуют свободы слова, справедливого суда и прочих неприятных заморочек.
У нас свой особый путь.
Фото взято с Facebook.com
