Жертвами домашнего насилия в Актюбинской области всё чаще становятся жёны радикалов
Правоверные мужья избивают жён и обливают их кипятком за нежелание радикализироваться. При этом уйти от домашних тиранов женщинам некуда. В Актобе есть центр, который должен быть прибежищем, но он не работает.
Согласно полицейской статистике в ДВД Актюбинской области с начала года за помощью обратились более тысячи представительниц слабого пола - жертв бытового насилия.
- К нам обращаются женщины и девушки, которых избивают не только муж, но и его родственники - свёкр, свекровь или девери. Среди рукоприкладчиков много тех, кто по пять раз в день читает намаз, - рассказывает Ratel.kz инспектор по защите женщин от насилия ДВД Актюбинской области Марина НУРЫМЖАНОВА.
По мнению инспектора, сейчас впору говорить о религиозном семейном насилии, потому что если женщина оказывается в радикальной семье и отказывается принимать ее правила, она обречена.
А если ещё и пожалуется полицейским, которые для радикалов тагуты – шайтаны, считается, что она опозорила всю семью, а значит, становится вообще вне закона.
Писать заявление на своих мужей они не хотят, считая грехом, но мечтают сбежать с ребёнком в безопасное место.
- Вот сейчас работаем с одной девушкой, ей 22 года. Она нам по телефону звонит, после того как муж изобьёт. Муж «из любви к ней» заставляет читать намаз и ходить в хиджабе. Девушка пыталась «перевоспитаться», но мужа это не устроило. Он пошёл ещё дальше: запретил супруге общаться с «неверными» подругами и родственниками, которые, по его мнению, морально ее разлагают. Получив отказ, избил ее до полусмерти. Всё происходило на глазах у ребёнка, - рассказывает Нурымжанова.
После очередных побоев та сбежала к родителям. Но муж приехал, избил и забрал домой. Где продолжил "приобщать к исламу" - облил её кипятком.
Ожоги были очень глубокими, но врачам молодая женщина сказала, что обожглась сама. Даже если она напишет на супруга заявление в полицию, всё равно придётся жить с ним под одной крышей. По закону полиция сначала наложит на «боксёра» ограничительные меры. То есть, запретит приближаться к жене.
А если заявление избитой полиция и направит в суд, по закону жертва бытового насилия сама будет должна доказывать вину собственного обидчика: собирать бумаги для привлечения того к ответственности, заметьте, одновременно проживая с ним под одной крышей.
В суде муж, если его вину всё же докажут, получит либо штраф, либо ограничение свободы. И для несчастной в лучшую сторону ничего не изменится.
- Поэтому у таких жертв должно быть место, где они смогут укрыться. Там им будет проще оказывать психологическую помощь. А пока его нет, мы только по телефону их успокаиваем и всё. Ситуацию в корне это не решает, - объясняет положение дел инспектор Нурымжанова. По ее признанию, иногда от того, что она слышит по телефону доверия от жертв насилия в радикальных семьях, долго не может прийти в себя.
В непонятливых жён мужья «вбивают» правильное, по их мнению, религиозное поведение не только лично, но и привлекают к этому собратьев по вере. Одна из причин, почему несчастные не уходят от избивающих их мужей - дети. Изверги угрожают отнять их у матерей.
- Это дикое средневековье какое-то. И зачастую тираны - не малообразованные деревенщины, а те, у кого по два высших образования. Добавьте сюда ещё нашу ментальность, когда девушке считается неприличным жаловаться родным и даже своим родителям на побои от мужа. Вот если бы они имели возможность уйти от такого «любящего супруга» в центр, дело бы сдвинулось с мёртвой точки, - вздыхает инспектор.
В 2017 году ситуация вроде бы сдвинулась с мёртвой точки: меценат, компания «Ак-Руно», построили в Актобе кризисный центр для женщин, испытывающих не только бытовое, но и религиозное насилие. В трёхэтажном центре 129 мест. Он практически готов к работе. Его даже планировали открыть в начале зимы. Но...
Как говорит автор идеи, Аскарбек МАМЫРБАЕВ, чиновники затеяли долгую переписку, которой пока не видно конца.
- Мы строили этот объект в рамках государственно-частного партнерства. Мы готовы взять на себя содержание этого центра, государство в рамках партнёрства должно оплачивать расходы на питание, гигиенические средства, психологическую и юридическую помощь постояльцев. Но чиновники не верят, что в этом центре наберётся достаточное количество женщин и предлагают нам оплачивать все расходы по факту. К тому же бюрократы просят подождать: по их словам, в этом году в РК будут введены государственные стандарты оказания помощи пострадавшим от психологического, физического, экономического и сексуального насилия. Чиновники из акимата ждут их, чтобы сделать свои расчёты. Так что готовое, оборудованное здание стоит, а жертвы насилия по-прежнему живут с тиранами.
Руководитель управления занятости и социальных программ по Актюбинской области Кайрат УТАРОВ проблемы в ситуации не видит.
- Мы поддержали инициативу строительства этого центра, он нам очень нужен, однозначно. Но не забудьте, центр построен по программе государственно-частного партнёрства. Вот мы, как партнёры, и выдвигаем свои условия. Деньги-то бюджетные. Почему бюджет должен платить за 129 человек, если там, к примеру, будут всего 50? Нам это невыгодно. Да, жаль, что центр не работает. Он нам очень, повторюсь, нужен.
Но даже, когда стандарты примут, то жертвам религиозного насилия всё равно придётся жить со своими мужьями-тиранами. Ведь чтобы попасть в центр поддержки, надо сначала доказать, что мужья их притесняют признанными «Стандартами оказания помощи пострадавшим от психологического, физического, экономического и сексуального насилия» методами и способами: бьют и насилуют.
Если же этого не будет, то в центр их не примут.
- Получается замкнутый круг какой-то. Женщина, которую муж держит в страхе, только потому что она не хочет ходить в никабе или хиджабе, жертвой домашнего насилия не считается, пока он не начнёт её избивать и насиловать, - говорит с грустью в голосе Марина Нурымжанова.
Пока чиновники не могут договорится, сколько они будут платить за то, чтобы загнанные в угол женщины смогли укрыться в кризисном центре, полицейские инспекторы утешают жертв религиозного насилия только по телефону.
Каждый раз заканчивая беседы с ожидающими помощи, словами, что скоро тем станет лучше, надо только немного потерпеть.
