В 2015 году в Великобритании удвоилось число подростков в возрасте до 18 лет, направленных в единственную в Англии клинику, занимающуюся проблемами гендерной идентификации, сообщает Русская служба ВВС.
На прием к специалистам лечебно-профилактического центра Tavistock and Portman NHS Foundation Trust (он находится в лондонской больнице Tavistock) в прошлом году обратились почти 1400 человек, причем девочек среди них было почти в два раза больше, чем мальчиков.
Что если не все люди - мужчины или женщины?
Пол и гендер: мужской, женский, общий
Консультант центра доктор Бернадет Рен объясняет этот рост тем, что у молодых людей сейчас появилось больше свободы в определении своей гендерной принадлежности.
Как она заявила в программе радиостанции Би-би-си "Женский час", в современном обществе в этом смысле наступает "социальная революция".
В 2009 – 2010 годах, когда эти цифры стали впервые доступны, число направлений в больницу Tavistock составило всего 97, при этом мальчиков было немного больше, чем девочек.
Статистика свидетельствует, что в прошлом году в клинику были направлены уже 1398 человек, причем 913 из них - девочки и 485 – мальчики.
Свобода выбора
Отражает ли нынешняя явная диспропорция между девочками и мальчиками, приходящими на консультацию, реальное положение дел?
"Учитывая, как много молодых людей к нам направляли, - на 100% больше, чем годом раньше, - трудно было представить, что будет такая диспропорция между полами ", - признает консультант клиники доктор Полли Кармайкл.
Доктор Бернадет Рен говорит, что в прошлом подростки, рожденные мальчиками, приходили к врачам чаще рожденных девочками, потому что девочкам было легче: они могли выглядеть по-мальчишески и в одежде, и в прическе, и общество все это принимало. Но сейчас общество стало более терпимым и к тем, и к другим.
"Мы живем в мире, где люди изменяют свои тела хирургическим способом или как-нибудь иначе, и эта свобода становится доступна людям, когда они взрослеют, - добавила она. – Может быть, нам надо просто признать, что это свобода выбора, которая есть у людей, что такие вещи возможны технологически, и люди будут этим пользоваться".
"Это действительно не наше дело – одобрять или осуждать. Важно, какой будет в итоге их жизнь, будет ли она полноценной", - говорит Бернадет Рен.
"Мы пытаемся предотвратить опрометчивые решения. Но в итоге мы должны осознавать эту социальную революцию и видеть, куда все это движется", - говорит врач-психолог.
По словам Бернадет Рен, самая сложная задача, стоящая перед врачами клиники – убедить молодых людей принять свою жизнь такой, как она есть, не прибегая к поспешным хирургическим вмешательствам.
"Я думаю, что некоторым молодым людям медицинское вмешательство действительно помогает, и они все равно сделали бы это рано или поздно, - говорит она. - Но остальным, я думаю, не следует торопиться, принимая такое решение".
"Это нелегко – прийти в нашу клинику. Мы проводим обследование, и никто из молодых людей не воспринимает это легко", - говорит она.
"Но мы должны рассмотреть вопрос и о том, не стало ли в 2016 году, в начале XXI века в каком-то смысле более привлекательным иметь мужское тело. Не формирует ли наш социальный ландшафт определенное отношение людей к своей роли в жизни, к своему телу и к тому, как они собираются жить в этом теле всю свою оставшуюся жизнь", - заключает специалист.
Специалисты утверждают, что мы имеем дело с социальной революцией
Саша, рожденный девочкой, в подростковом возрасте проходил лечение в клинике Tavistock и сейчас называет себя принадлежащим к гендерно-небинарным людям.
В раннем подростковом возрасте Саша начал чувствовать, что ему (ей) было бы легче быть мальчиком, и в итоге был направлен в клинику Tavistock.
"Большую часть своей жизни я чувствовал, что не вписываюсь в окружающий меня мир и никогда до конца не была уверена, в чем дело. Но когда я начал размышлять о моей сексуальности и гендерной принадлежности, я почувствовала, что возможны варианты, которые лучше соответствуют моим чувствам", - говорит Саша.
"Я предчувствовал, что буду внутренне более счастлив, если буду мужчиной. Это, возможно, сыграло ключевую роль в том, чтобы пройти курс лечения. Я инстинктивно чувствовал, что поступаю правильно", - говорит Саша.
Саша (это не настоящее имя) начал курс гормонального блокирования в 18 лет и в следующем году перешел на прием тестостерона. Саше сделали двойную мастэктомию (удаление молочной железы), и, как Саша говорит, он почувствовал, что достиг желаемого "хирургически и физически".
Теперь Саша утверждает, что не принадлежит к "традиционному бинарному дискурсу – быть мужчиной или женщиной ".
"Это большая разница по сравнению с тем периодом, когда меня направили в Tavistock", - говорит Саша и утверждает, что никаких сожалений по поводу произошедшего не испытывает.
"Принятые мной решения абсолютно правильные, мне это было нужно. Но, оглядываясь назад, я считаю, что у меня были возможности более гибко относиться к моей гендерной принадлежности", - говорит Саша.
Саша доволен физическими изменениями в своем теле, но признается, что иногда хотел бы, чтобы не торопился так и подождал бы немного, пока не стал старше.
