Память о взятке как предмет искусства

2788 просмотров
0
Ратель
Пятница, 08 Дек 2017, 13:30

В алматинской галерее ArtМeken проходит выставка «Права человека: 20 лет спустя»

Читайте также
Кто сразится с ЛГБаТыром?

5 декабря Ratel.kz уже писал об открытии этого вернисажа выставки и представил немало работ. Но мы не упомянули одну, без которой рассказ об экспозиции был бы неполным.

Обычно подлинный смысл произведений современного искусства доступен лишь их авторам, да и то не всегда.

«Я так вижу» - и все дела. И попробуй докопайся – как до художника, так и до сути. Но знатоки – посетители подобных выставок - традиционно напускают на себя умный вид с оттенком снисходительности: уж мы-то постигаем семантические слои…

Картина в богатой раме, о которой идет речь, поначалу тоже показалась нам «тенью на плетень». Но когда прочли сопроводительный текст, сразу стало понятно: никакое это не contemporary art, а самый что ни на есть образец жёсткого капиталистического реализма.

Спешим поделиться с вами своим открытием.

                                                                   Елена и Виктор ВОРОБЬЕВЫ

МЕНТ-АРТ

(рисунок неизвестного полицейского, резная рама из итальянского багета)

2014-2017

«Года три назад мы поехали на Иссык-Куль на своей машине. Так как раньше мы добирались другими способами, то не учли, что при пересечении госграницы на машине – как принадлежащей Казахстану - нужно иметь знак KZ.

Только мы пересекли границу, нам на хвост сел гаишник и ехал так полчаса, пока мы не выехали на загородную трассу. Мы еще думаем: что он хочет? Всё вроде правильно: нарушений нет, скорость нормальная, фары горят… В общем, как только ему показалось удобно, он тормознул нас и стал предъявлять претензии по поводу отсутствия знака KZ и требовать 2000 сомов (примерно 50 долларов по тому курсу). Либо деньги, либо он забирает права – и делайте что хотите. Нарушение, конечно, налицо, но эта хамская физиономия просит себе в карман. Понимаем, что тут явный шантаж и официально он ничего оформлять не будет, иначе бы остановил нас раньше. Было мерзко, но пришлось с ним сторговаться на половину.

Читайте также
Когда все люди были казахские

После получения денег он сменил выражение лица и так заботливо говорит нам: «Там вас могут другие затормозить по дороге. Чтобы вам больше не платить, давайте я вам сам знак нарисую». Тут у нас проснулся профессиональный интерес, и мы стали наблюдать за его действиями. Он вынимает какую-то бумажку и начинает рисовать на ней шариковой ручкой знак KZ. Потом так же заботливо прицепил бумажку с рисунком скотчем на заднее стекло и милостиво разрешил ехать. У него была еще попытка дружески пожать нам руки на прощание. Но это уже было слишком…

С нарисованным ментом знаком нас действительно больше не беспокоили.

Мы сохранили этот мент-арт-объект.

Будет считать, что он получил гонорар за работу».

Выставку «Права человека: 20 лет спустя» можно посетить по адресу: Алматы, пр. Назарбаева, 149 (уг. ул. Джамбула), галерея ArtМeken, до 20 декабря с 11.00 до 19.00.

Оставьте комментарий

Депутат Курултая:
«Статус врача – это вопрос биологической и национальной безопасности»
После землетрясения в Алматы: почему нельзя покупать и продавать недвижимость на эмоциях
Как страх меняет спрос на квартиры и дома, влияет на цену сделки и может стоить собственнику или покупателю миллионов тенге
Когда «нет» перестают слышать
Адвокат Асқат Сулубек о границе между заботой и насилием, отношениями и контролем, вниманием и преследованием
Скотч, камча и стигма: как страх перед психиатрией едва не стоил жизни молодой матери
Как отличить послеродовой психоз от депрессии и когда необходима срочная помощь – мнение специалиста
Дружба, ставшая искусством: Мари‑Пьер Лере выступит в Алматы в память о Денисе Тене
Сбой «Яндекса» в Казахстане – вопрос может выйти на уровень Совета безопасности
В распоряжении Ratel.kz оказался документ о национальной безопасности Казахстана, предположительно адресованный Роману Скляру
Токаев и новая геометрия Казахстана: Берлин, средняя держава, Совбез и общественный контроль
Виталий Колточник - о внешней политике Казахстана, новом Совбезе и перестройке государства
«Мүсіндер» в Almaty Museum of Arts: как казахстанская скульптура рассказывает нашу историю
Скульптура – это то, обо что вы спотыкаетесь, когда отходите назад, чтобы рассмотреть картину
ООН как зеркало раскола: почему главные договорённости всё чаще ищут за пределами Нью-Йорка
Совет Безопасности становится вторым стратегическим контуром Президента Токаева
Тандем Карин - Балаева в этой конфигурации один из центральных элементов новой политической архитектуры
Китаист Алексей Маслов  о климате, ресурсах и новых правилах игры
Китай меняется - и соседям надо готовиться
Город будущего построят в Алатауском районе Алматы
Что увидели журналисты во время пресс-тура по району
Дубай после бума: стоит ли казахстанцам инвестировать в ОАЭ в 2026 году
Главное преимущество недвижимости – наличие реального актива
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай