Практически с нулевым результатом завершилась на минувшей неделе встреча в Астане министров иностранных дел пяти прикаспийских государств
На ней, как ожидалось, должна была быть согласована и подготовлена к подписанию главами государств Конвенция о правовом статусе Каспийского моря.
«Мы договорились ускорить взаимодействие по выполнению уже имеющихся секторальных соглашений и постараться подготовить дополнительные документы, которые являются предметом переговоров», – так дипломатично прокомментировал итоги встречи министр иностранных дел России Сергей ЛАВРОВ.
Не успело это интервью выйти в эфир телеканалов, как заместитель министра иностранных дел Ирана Эбраим РАХИМПУР заявил информационному агентству Fars News, что Иран не согласен на 13-процентный сектор Каспийского моря: «Исходя из общих формул и морских законов, доля Ирана составляет 13%, но Тегеран не присоединился к Конвенции ООН 1982 года по морскому праву и считает, что Каспийское море является озером, которое имеет свои собственные условия деления». По словам замминистра, деление Каспия на основании очертаний его берегов не отвечает интересам Ирана.
И в этот же день, не дожидаясь окончания переговоров по определению статуса Каспия, ведущихся уже на протяжении 24 последних лет, Казахстан ратифицировал протокол к соглашению с Российской Федерацией о разграничении дна северной части Каспия. Соответствующий закон подписал глава государства Нурсултан НАЗАРБАЕВ. Этот протокол создает правовую основу для совместной разработки морских месторождений нефти и газа, расположенных на срединной линии моря между Россией и Казахстаном.
Одним из таких месторождений является газовое месторождение Хвалынское, расположенное в северной части Каспия, в 250 км от Астрахани, балансовые запасы газа на котором составляют 322 млрд кубометров. Месторождение также содержит более 40 млн тонн извлекаемых запасов нефти и газоконденсата. Для разработки месторождения российское ОАО «ЛУКОЙЛ» и казахстанский «КазМунайГаз» на паритетной основе создали совместное предприятие «Каспийская нефтегазовая компания». Позже КМГ продал половину своей доли в проекте французским компаниям Total и GDF Suez.
Однако разделить морские границы между двумя странами оказалось проще, чем поделить будущие доходы от разработки трансграничного месторождения.
По словам казахстанского вице-министра энергетики Асета МАГАУОВА, «экономика «Хвалынского» в достаточно сложном положении, потому что цена на газ достаточно низкая, и две стороны сейчас проводят оценку, как найти наиболее привлекательные рынки для сбыта газа – идти ли в сторону РФ, или посмотреть другие экспортные направления, которые позволят максимизировать выручку».
Камнем преткновения стал газохимический комбинат стоимостью 4,5 млрд долларов, который необходимо построить на суше для очистки и переработки хвалынского газа. Учитывая, что наиболее вероятным рынком для него станет Китай, с точки зрения транспортных маршрутов логично было бы строить перерабатывающий комплекс в Атырауской области Казахстана. Так, в принципе, и задумывалось изначально. Однако с некоторых пор «ЛУКОЙЛ» начал активно лоббировать в качестве площадки для строительства комбината Республику Калмыкия.
Интерес каждой из сторон понятен. Такой крупный завод – это не только миллиарды долларов инвестиций, это еще и рабочие места, и закупки у местных подрядчиков, и налоговые поступления в бюджет на протяжении десятков последующих лет. В нынешних условиях низких цен на нефть сесть на трубу – это «золотое дно», хоть для Атырау, хоть для Элисты!
Однако, учитывая даже не столь продолжительный опыт плодотворного сотрудничества Казахстана и России в рамках Евразийского экономического сообщества, почему-то складывается впечатление, что в конечном итоге победят лоббисты «ЛУКОЙЛа», и завод начнут строить в Калмыкии, а не у нас. Или нет?
