По воскресеньям Ratel.kz традиционно публикует истории правозащитника Евгения Жовтиса из его жизни и юридической практики
На снимке: старый аэропорт Душанбе.
Читайте предыдущую историю Евгения ЖОВТИСА «Полицейская рыбалка».
В первом десятилетии XXI века я довольно часто летал в Таджикистан. Не менее двух-трёх раз в год. После гражданской войны в Таджикистане находилась миссия ООН по миростроительству, и меня приглашали в качестве тренера и лектора на тренинги и семинары по международному праву в области прав человека.
Найти Кахрамона
В 2003 или 2004 году я в очередной раз приехал в Душанбе на неделю для проведения такого тренинга. Он закончился на день раньше запланированного. Тогда самолёты из Алматы в Душанбе летали дважды в неделю. Был рейс на завтра, но организаторы думали, что тренинг ещё будет идти два дня и, соответственно, взяли билет на ближайший после его окончания рейс.
Мне не улыбалось оставаться в Душанбе ещё два дня, и я попросил сотрудницу миссии ООН помочь мне поменять билет на завтрашний рейс, тем более что она оказалась казахстанкой.
Вечером она позвонила и сказала, чтобы я ехал утром в аэропорт, нашёл в зоне регистрации некоего пограничника по имени Кахрамон (имя изменено), и он мне поможет.
На следующий день утром я прибыл в аэропорт со своим багажом (небольшим чемоданом и сумкой с компьютером) и билетом на рейс через два дня.
Всё, что происходило дальше, походило на сюрреалистический детектив.
У полицейского, стоявшего у двери в зону регистрации, я спросил: "Как мне найти Кахрамона?" Он сразу сориентировался, кому-то что-то передал, и минут через пять у двери нарисовался невысокий худощавый таджик в зелёной форме пограничника.
Я представился, он сказал, что знает, что его попросили мне помочь. В это время началась регистрация как раз на этот самый рейс Душанбе - Алматы. Кахрамон велел мне сесть на скамейку и ждать, а сам куда-то испарился.
Передо мной к стойке регистрации тянулась очередь. Пассажиры регистрировались на рейс, потом проходили к окошкам пограничников, затем - в зал ожидания посадки. По радио в аэропорту объявили о продолжении регистрации. О её окончании. О начале посадки. О её продолжении. И наконец – об окончании посадки.
«Зайцы» на борту
«Ну что ж, - вздохнул я, - значит, ничего с обменом билета не получилось, и мне придётся ещё два дня пробыть в Душанбе». Я собрался было покинуть аэропорт, как в абсолютно пустом зале возник Кахрамон и сказал мне: «Побежали!»
- Куда побежали? – не понял я.
- В самолёт, - раздражённо сказал Кахрамон. – Вам надо лететь или нет?
- Конечно, надо! Но регистрация, граница? - засуетился я.
- Ничего не надо, быстро побежали, - закончил дискуссию Кахрамон и припустил в конец зала.
Сбитый с толку полным отсутствием каких-либо процедур, я подхватил чемодан с сумкой и понёсся за Кахрамоном. Несколько минут мы петляли по коридорам аэропорта и выскочили на лётное поле. Метрах в 50-70 стоял Як-40 с трапом в хвостовой части, на котором стояла стюардесса.
- Теперь бегите к самолёту и поднимайтесь по трапу. Стюардесса отвернётся, она – в курсе, - дал мне последние инструкции Кахрамон.
- В смысле «отвернётся»? Я что - «зайцем» лечу? – забеспокоился я.
Я, конечно, забеспокоился, уже когда бежал по аэропорту без регистрации и пересечения границы, но теперь тревога стала реальной.
- У меня есть билет, мне его просто надо было поменять на этот рейс, - попробовал я вернуть ситуацию в пространство разумности.
Кахрамон меня уже не слушал, а подтолкнул в сторону самолёта.
Ну, я и побежал. Что примечательно, с другой стороны по распоряжению своих «кахрамонов» бежали ещё три человека - парень с девушкой и мужчина средних лет.
Как я летел в самолёте стоя
Мы вчетвером поднялись по трапу мимо отвернувшейся стюардессы и прошли в салон. Я шёл первым и сразу увидел, что свободных мест нет. Дойдя почти до кабины пилота, повернулся. Трое «зайцев» за мной тоже остановились в недоумении. Тем временем стюардесса предложила нам стать немного сбоку, чтобы она могла проходить к командиру и обратно.
Тут я со всей определённостью понял, что мы вчетвером полетим из Душанбе в Алматы, как в битком набитом автобусе, то есть стоя и держась за багажные полки, как за поручни. Правда, стюардесса забрала наш багаж и куда-то разместила.
Через час стоячего полёта стали разносить завтрак. Как ни странно, мы тоже получили по коробочке с хлебом, маслом, сыром, напитком в пакетике и варёным яйцом. Чтобы снять скорлупу, я постучал им о потолок. В общем, два с половиной часа в полёте прошли весьма экзотично.
В аэропорту Алматы я напрягся на предмет прохождения границы. У меня ведь не было штампа вылета из Душанбе. Но обошлось: пограничник посмотрел только штамп пересечения границы в Казахстане, поставил штамп въезда - и всё. Я отправился домой.
Что в сухом остатке? Забег по аэропорту без границ и регистраций, перелёт стоя в самолёте, в общем такой экстрим-трэвел.
Паспорт с того времени я уже поменял дважды, но по старому паспорту нахожусь ещё в Таджикистане, а моё физическое тело, благодаря Кахрамону, было перемещено в Казахстан путём, видимо, телепортации.
И ещё. Я ничего за это не платил. Кахрамона попросили, он меня отправил. Ему, видимо, это было несложно…
Фото: avia.pro.
