Живописный Казахстан: взгляд Андрея Михайлова
Цветение альпийских лугов – зрелище для эстетов. В иных местах Земли люди специально планируют свои отпуска и тратят большие деньги, дабы насладить взоры коротким моментом соприкосновения с этой феерией. Для жителей нашего города всё куда легче – достаточно просто захотеть. Природные "альпийские горки" начинаются у нас там, где истончаются верхний предел горных ельников. Буквально за городской околицей.
Цветение альпийских лугов – зрелище камерное, увидеть и прочувствовать его очарование можно только сблизившись с ним вплотную, на расстоянии оно недоступно. Снизу его не увидеть. Но стоит дойти (или выйти из кабинки канатной дороги на Талгарском перевале – кому как больше нравится) и вокруг обнаружится удивительный, многообразный и чарующий мир цветущего поднебесья.
Эдельвейсы, камнеломки, мытники, горечавки, змееголовники, незабудки, тюльпаны, фиалки, маки, луки… Если даже какие-то из этих растений знакомы вам по равнинам, то тут, в высокогорье, они всё равно удивят даже самых взыскательных флористов своим миниатюрным изяществом и "изменённым созданием".
Мак, красные степные массивы которого в мае видны из космоса, приобретает здесь "альпийский" жёлтый цвет и растёт рассеянными группками. Малюсенькие фиалки могут и не обладать столь сильным ароматом, как внизу – для привлечения опылителей в высокогорье ему достаточно яркого цвета. Крошечные астры, размером с маргаритки, чаруют не размерами, а своей трогательной миниатюрной изысканностью.
Но не покупайтесь на нежность альпийских цветов! У них стальной характер! Проломники, камнеломки, прострелы – одни названия чего стоят. Неспроста тут и там, словно трубы крохотного оркестра, исполняющего торжественный гимн во славу жизни, выглядывают синие и кремовые ростры крохотных горечавок!
Всё, что цветёт здесь, на высоте свыше 3000 метров над уровнем моря, отчаянно жмётся к земле и друг другу, всеми силами стараясь избежать обжигающего прикосновения студёных ветров и уберечься от убийственных заморозков. Не случайно многие высокогорные цветы закутаны в своеобразные "шубки" из нежных пушинок и щетинок. Самая изящная меховая опушка, как и положено, у альпийского короля – серебристо-бледного эдельвейса. И хотя Тянь-Шань - не Альпы, и тут эдельвейсом особо никого не удивишь, королевская кровь и у нас делает этот цветок неофициальным гербом высоких гор.
Другой способ как-то уберечься от убийственного климата – сгрудиться в тесную массу, подобно подушечнику-тилакоспериуму. Со стороны он напоминает брошенную посреди серых гранитов и розовых порфиров подушку ярко-зелёных мхов. Но при ближайшем исследовании становится очевидным, что это - полноценное цветковое строение. С листочками, цветочками и корешками.
Тактика может разниться, но стратегия этих высокогорных малышей неизменна - поскорее отцвести, отбуйствовать и, разбросав семена, вновь затаиться до следующего лета. И в этом они сходны со степными эфемероидами. Однако там, внизу, главным стимулом быстротечной жизни выступает иссушающий зной. Здесь же, рядом с вечными льдами, напротив, жизнь торопит скорый мороз. Снег сходит в высокогорье Заилийского Алатау к середине лета, а уже в конце августа здесь могут приударить первые морозы с серьёзными снегопадами. Нужно спешить…
Фото: Ⓒ Ratel.kz / Андрей Михайлов.
