Курс доллара, футбол, любовь и аким Актюбинской области Сапарбаев - вот что волнует воображение актюбинских бродяг
* Нищие, но гордые
* Аким - друг беспризорных
* Доброе слово и бродяге приятно
Актюбинские бомжи довольно подкованы по части социально-политических событий в стране, мечтают вернуться в 2000-й год и рассказывают о том, что боятся потерять больше всего в жизни.
Нищие, но гордые
Не сказать, что зимние морозы – самое подходящее время года для откровений с теми, кто живет на улице. Но душа, привыкшая к свободе, не признает порядков казенного дома. Корреспондент Ratel.kz пообщался с людьми, давно не пившими сладкого чая и уже забывшими вкус свежих пирожков с капустой.
- Не надо! Я не просила у вас ничего! – отмахивается от меня женщина-бродяга у парка Пушкина, но надолго ее не хватает.
- Пожалуйста, просто согрейтесь, вам же холодно, - прошу я.
Пластиковый стаканчик, тем временем, исходит паром и обжигает руки. Одетая в старую, видавшие виды мужскую куртку 43-летняя Айнура КИЯСОВА, поправив на себе грязный платок, протягивает к нему руки.
В Актобе Айнура приехала в 2003 году из поселка Торетам, что в Кызылординской области. Сбежала от мужа-пьяницы. Документов у неё никогда не было, родни - тоже. Замуж вышла сразу после окончания средней школы. Работала парикмахером. Но с тех пор, как муж два раза по пьянке пырнул ее филировочными ножницами (специальный инструмент, с помощью которого парикмахер прореживает волосы - Ред.) теперь на них смотреть не может. Фобия.
- В Актобе пыталась сойтись с таким же бедолагой, как и я. Поначалу жили хорошо, а потом и он начал бить, - говорит Киясова. – После истории с ножницами я стала инвалидом, а кому нужна больная женщина?! Так я и оказалась на улице. Теперь мои друзья – бомжи. Держимся вместе, как-то выживаем.
Смакуя пирожок, Айнура делится, что больше всего мечтает попасть… в 2000 год.
- Я бы целый месяц копила деньги, именно мелкими купюрами. По моим подсчетам должно набраться чистыми 20 тысяч тенге. И, если бы очутилась в 2000-ом, нашла бы себя и купила бы для себя, 27-летней, дом в ауле, - мечтательно произносит Киясова. – Жила бы сама, никто бы надо мной не издевался.
Аким - друг беспризорных
В прошлое, на семь лет назад, мечтает вернуться и Ербол АКДАРУОВ (на снимке). В 2008 году опытный газоэлектросварщик ремонтировал трактор. У мужчины был собственный дом, жена ждала его с работы и готовила ужин. Но вдруг прогремел взрыв и большим осколком Ерболу выбило правый глаз.
- С этого и начались все мои несчастья. Чуть позже жена попала в аварию и два года лежала в коме. Сам я остался без работы, потерял жилье. Теперь я попрошайничаю, в день удается 600-700 тенге заработать. Многие думают, что я алкаш и тунеядец. Но я не пью, все деньги плачу за квартиру, приношу домой еду. Работу найти не мог, поскольку второй глаз плохо видит, - говорит Ербол. - Я каждый день молю бога отправить меня в тот злополучный день - в жизни бы к трактору не подошел.
Несмотря на слабое зрение, мужчина читает местные и республиканские газеты. С грустью отмечает, что доллар стоит уже 370 тенге – милостыни станет меньше. Но все же не теряет надежды, что для него найдется работа, и жизнь изменится к лучшему.
- Сейчас у нас очень хороший аким – Сапарбаев. О сиротах заботится, о стариках. Не знаю, как, но мне кажется, что жизнь моя тоже изменится к лучшему. Главное – не терять надежды, - говорит мужчина.
Обрести надежду и найти опору в жизни пытается и 40-летняя Светлана ТЛЕГЕНОВА. Вся ее жизнь сейчас зависит от количества монет, опустившихся в маленькую коробочку, с которой она каждый день выходит на площадь у железнодорожного вокзала. А когда-то ела мамины горячие баурсаки, дышала свежим шубарским воздухом.
- Я рано вышла замуж, несмотря на протесты матери, за это и поплатилась. Муж выгнал, образования я так и не получила, мама умерла, и никому я теперь не нужна, - плачет Светлана. – Все, что ни соберу за день, трачу на еду. Жилья нет, документов нет. Я хочу только одного – чтобы мама была рядом и слышать ее «я люблю тебя, жаным». Нет мамы – не стало и надежды. Если бы я могла вернуться назад, ни за что бы ни обидела мать и во всем бы ее слушалась.
Тлегенова хочет выучиться на кондитера и печь торты. Но для этого необходимо восстановить документы, попасть в центр социальной адаптации. Но в центре пока нет свободных мест. Замкнутый круг.
Доброе слово и бродяге приятно
Мечта 52-летнего бывшего жителя аула Хобда (аул в Актюбинской области, центр Хобдинского района - - Ред) Асылбека БЕРТЛЕУОВА тоже из разряда трудноосуществимых. Он мечтает попасть на центральный стадион, чтобы посмотреть футбольный матч.
Но для него не то что миновать полицейский кордон, но и купить билет на игру, весьма сложно. Хотя по поводу стражей порядка Бертлеуов в последнее время начал менять свое мнение.
- Раньше, если в городе начинали красить бордюры и асфальт, становилось понятно, что по выкрашенному участку проедет какая-то шишка. И нас бродяг начинали разгонять даже, если проезжал аким.
Он мечтает, что встретит человека, который просто поинтересуется его делами и скажет ему пару теплых слов.
- А так никому я не нужен, - говорит Бертлеуов.
В отличие от Асылбека 49-летний Толеген САМЕТОВ приехал из Кандыагаша (административный центр Мугалжарского района Актюбинской области - Ред.) и ведет бродячий образ жизни, но у него есть благополучные родственники, которые предлагают помощь, однако Толеген не спешит возвращаться.
- Зачем? – вопрошает Саметов. – Они опять будут меня лечить, я пару месяцев продержусь, а потом опять запью. Я специально уехал в Актобе.
Из всех моих собеседников Толеген самый колоритный и необычный.
Когда-то он хотел стать милиционером, занимался спортом, хорошо учился и слыл первым парнем на селе. Но в последние годы запои становятся все более частыми и длительными.
Силы воли - никакой. Жена давно ушла, дети, увидев его пьяным, переходили на другую сторону улицы. Правда, повзрослев, вновь стали ближе к отцу. Жалеют его хотя и не скрывают, что боятся – Саметов, когда напивается становится буйным.
- Все мои одноклассники сегодня – бизнесмены, - говорит Толеген и бьет кулаком по обледеневшему бордюру, на котором сидит.
– Эх, если бы я оказался в прошлом, прямиком отправился бы сначала к деду и сказал ему, чтобы он не баловал меня, а потом отправился бы к себе, 20-летнему и отговорил от драки во время проводов соседа. Не угодил бы в тюрьму, и не пошла бы моя жизнь наперекосяк…
Фото автора.
