Как живут люди на малой родине терроризма в Актюбинской области
* Когда убеждения идут вразрез с государственными интересами
* Бизнес и религия
* Поправка на НРТ
Продолжение. Начало здесь.
Когда убеждения идут вразрез с государственными интересами
На севере и даже юге Казахстана религиозных граждан не принято выделять в отдельную категорию, потому что нет такой необходимости. Но в Темирском районе Актюбинской области власти вынуждены всерьез считаться с приверженцами нетрадиционных религиозных течений, сокращенно здесь их называют НРТ. Так вот работать с НРТ непросто, привычные методы неэффективны.
Люди не вписываются во многие государственные программы из-за своих взглядов на религию. Например, акимат предлагает им льготные кредиты, но они деньги не берут.
- Именно эта категория людей в этих программах можно сказать не участвует, - рассказывает заместитель акима района Марат МУНАЙТПАСОВ. - Те, кто придерживается нетрадиционных религиозных течений, они к таким программам не особенно стремятся. У нас есть люди, которые в НРТ, и у них хозяйства не меньше, чем у других, но строят они свое дело без участия государства. Когда мы приходим и предлагаем принять участие в программах по развитию животноводства, нам отвечают, что по их убеждению давать деньги в кредит под проценты и выплачивать кредит с процентами это неправильно, только по этой причине отказываются.
В акимате признают, что им не хватает теологических знаний, чтобы вести переговоры с приверженцами нетрадиционных религиозных течений и говорить с ними на понятном тем языке.
В религиозном сообществе принято идти за финансовой поддержкой не в банк, а к людям в исламе. Жительница районного центра Шубаркудук Карина РАКИШЕВА не лукавила, когда говорила, что друзья, с которыми у них общая вера, помогают.
Бизнес и религия
Вот и владелец одного из лучших магазинов в Шубаркудуке Манас БАРБОСЫНОВ, будучи сам религиозным человеком, помогает таким же как он. Ему всего 27 лет, но его в поселке считают успешным предпринимателем. Манас на хорошем счету у властей, поскольку по сравнению с другими молодыми людьми понятно, какие у него интересы, и как он зарабатывает на жизнь.
Предприниматель прессы не боится, приглашает в магазин, и в общем-то, не скрывает, что у него в должниках едва ли ни полпоселка. Есть даже специальная тетрадь, куда записываются должники, потому как всех не упомнишь. Называется «тетрадь-отвечаю» от фразы «отвечаю – долг отдам». Говорят, такая есть в каждом магазине в Шубаркудуке. Так вот Манасу жители райцентра должны без малого два миллиона тенге.
- Ко мне все приходят, всем в долг даю, - говорит владелец магазина. - Часто выплату долгов задерживают, тогда терпеливо жду, могу напомнить, но не давлю. Бывает, у людей не хватает денег, чтобы рассчитаться, и мы позволяем занести недостающую сумму позже. Понимаете, у нас товар не должен оставаться на прилавке. Продукты на прилавках всегда должны быть свежие. Просят в долг – даю. Когда мне не хватает денег расплатиться с поставщиками, договариваемся с ними.
- Но религиозных односельчан вы все же поддерживаете особенно, так?
- Многие из парней, читающих намаз, не работают, потому что их не берут на работу, не знаю почему. Если берут, то увольняют. Они снова устраиваются, их снова увольняют. В основном, получается так, что работать им удается только на стройке, а это временно, или таксовать. Я же беру их на работу. У нас на работе есть место для чтения намаза, я стараюсь создать все условия. Есть те, кто справляется и учится, таких оставляю. Те, кто не справляются, я тоже увольняю, бизнес тут тоже не должен страдать. Но они все у меня берут в долг: и работающие, и не работающие. У нас так положено, кто поможет ближнему, тому прибудет многократно.
- Как я понимаю, жены, чьи мужья были осуждены по статье за терроризм или жены, чьи мужья были убиты во время контртеррористических операций, тоже находят у вас поддержку?
- Да, есть в поселке семьи, где мужчины были осуждены, а есть те, что остались без кормильца. Им всем я лично стараюсь помочь, насколько могу. Даже на работу хочу их взять, но у меня нет столько рабочих мест. Бывает, что из-за маленьких детей женщины не могут выйти на работу. Тогда я говорю, чтобы они что-то пекли и приносили в магазин на реализацию.
- Ваша религиозность не мешает вести бизнес?
- Есть, конечно, те, кто смотрит на нас по-другому. Считают, что мы с бородой и со всеми вытекающими последствиями. Но меня многие в районе знают, поэтому отношение скорее хорошее. Даже в те же акиматы идешь, спрашиваешь, объясняют – все нормально. В моем деле нет ничего сложного, главное правильно работать, строить бизнес – это хорошо.
Вместе с тем Манас признается, что после теракта в Актобе впервые оказался на допросе.
- Я до этого момента никогда ни перед кем не сидел, - говорит предприниматель о допросе. – Тяжело, оказывается. Нас допрашивали, спрашивали, что я делал и где был. Говорили, что деньги есть у меня, вроде как я финансирую радикальные течения. Я говорил, какое финансирование?! Мне без разницы православный человек или читает намаз, если он мне нужен в работе, я с ним буду работать.
- Как вы думаете, почему людям близким вам по вере нестрашно умирать?
- Я скажу то, что думаю, это только мое мнение. Это люди, которые не работают. Например, я работаю, на что-то другое у меня времени нет. Все время – работа, дом, религия. А это те люди, которые, видимо, ничем не заняты. Они не работали, насколько я знаю. Я не знаю, отчего и почему они на это идут, но точно знаю, что это ошибка. Я услышал о происходящем из новостей, и мне стало страшно, ведь все случилось в первый день Оразы. Вообще не верил то, что такое происходило в реальности. Конечно, было тяжело всем нам.
Манас планирует, воспользовавшись поддержкой национальной палаты предпринимателей, запустить макаронный цех. С его слов, он все просчитал, рынки сбыта есть. И у него будет возможность трудоустроить больше людей близких ему по вере.
Поправка на НРТ
Надо сказать, что жизнь в Шубаркудуке, да и в целом Темирском районе, построена так, что здесь все делается с поправкой на нетрадиционные религиозные течения. Предприниматели, которые не носят бороды и не читают ежедневно намаз, приспосабливаются к местной действительности.
- В Шубаркудуке очень специфичный контингент. Есть люди религиозные, и их влияние тут очень сильно, они, можно сказать, живут отдельной жизнью, - рассказывает 25-летний владелец СТО Саят МЫСАР.
Саят родился здесь, но последние годы прожил в Алматы, где женился. В родной поселок он вернулся недавно с супругой и новорожденной дочерью, чтобы поддержать родителей. Они передали ему семейный бизнес – станцию техобслуживания, автомойку, небольшие кафе и гостиницу. И поскольку религиозных людей в райцентре много, он не может списывать их со счетов, как потенциальных клиентов.
Саят Мысар родился в Шубаркудуке, но последние годы прожил в Алматы.
- Я сам намаз не читаю, но по пятницам хожу в мечеть и с людьми много общаюсь, потому что работаю в сфере услуг и мне нужно поддерживать отношения с односельчанами. И с религиозными людьми я работаю нормально. Где-то 20 процентов моих клиентов – это религиозные люди. По их взглядам я не занимаюсь плохими вещами, поэтому со мной можно сотрудничать. То есть я не продаю алкоголь, у меня гостиница есть, но я там публичный дом не делаю. А если бы я продавал алкоголь, тогда они не приходили бы ко мне просто даже помыть машину. У них принцип такой.
Сейчас Саят занялся еще мойкой ковров, готовит к открытию химчистку и с учетом того, религиозные односельчане трепетно относятся к чистоте, по мнению Саята, спрос на его услуги будет.
Мотивы молодого предпринимателя понятны, но власти Темирского района в отличие от бизнеса не могут закрыть глаза на происходящее и просто приспосабливаться к нетрадиционным религиозным течениям: чем может обернуться игнорирование проблемы, все мы видели.
Фото автора.
