Ratel.kz предлагает ретроспективу лучших материалов Геннадия Бендицкого, опубликованных в разные годы в газете «Время»
Наш коллега ушел из жизни 3 декабря, в день своего 47-летия. С 1999-го по 2012 год Геннадий БЕНДИЦКИЙ работал в республиканском издании «Время».
За этот период, довольно большой в масштабах отдельно взятой журналистской карьеры, и скромный с точки зрения вечности и человеческой памяти, Геннадий успел сделать много важного и полезного для людей и страны в целом.
Редакция сайта Ratel.kz подготовила часть острых и ярких публикаций, которые в бытность его корреспондентом газеты «Время» получили большой общественный резонанс.
***
Газета "Время", 3 июля 2008 года.
В тот злополучный день трое детей катались на роликовых коньках во дворе своего дома, что в алматинском микрорайоне “Аксай-3”. Десятилетний Андрей ГОРОБЕЦ остановился, чтобы дождаться двух отставших от него девочек, когда услышал за спиной рев автомобильного двигателя.
Машина сдавала задним ходом лихо, с пробуксовкой колес, словно не подвору между домами водитель ехал, а по раллийной трассе. Девчонкам повезло, а вот пацан отскочить не успел. От сильного удара он угодил прямо под колеса. Машина остановилась.
То, как сбитый им мальчишка отползает в сторону, водитель видел, но из авто не вышел. Постояв несколько секунд, машина развернулась и уехала. Первыми к Андрею подскочили его подружки, потом случайный прохожий, пожилой мужчина, потом кто-то из соседей. Мальчику было плохо, в глазах потемнело, голова кружилась, сильно болела правая рука. Падая, он ударился головой о бордюр, сильно разбил лицо. Мать мальчика Наталья Викторовна вызвала полицию и “скорую помощь”. Врачи приехали без промедления. Полицейские не приехали вовсе -только перезвонили и попросили дать объяснения по телефону.
Мальчика отвезли в детскую больницу и сделали снимки руки. Оказался перелом со смещением, кость вправили, наложили гипс.
А вот врач-нейрохирург, несмотря на кровоподтеки и ссадины на лице ребенка, посчитал, что сотрясения мозга у него нет. Мальчика госпитализировать не стали, отпустили домой.
В суматохе никто из свидетелей наезда не запомнил номер машины, но все сходились на том, что это был “Мерседес” черного цвета с затемненными стеклами. Из примет одна из подружек Андрея, шестилетняя Лиза, запомнила большие черные усы водителя.
Впрочем, семью Горобец никто обнадеживать не стал. Наоборот, объяснили, что в подобной ситуации в таком мегаполисе, как Алматы, шансов найти водителя, сбившего их ребенка, крайне мало.
Как впоследствии выяснилось, чтобы установить автомобиль и водителя, дорожным полицейским достаточно было немного поработать и хотя бы опросить жителей окрестных домов.
Потому что десятилетний Андрей Горобец сбившего его водителя нашел самостоятельно. Спустя всего неделю он случайно увидел тот самый черный “мерс” с тонированными стеклами в соседнем дворе. И водитель был действительно с черными усами, как и описывала свидетельница ДТП, шестилетняя Лиза. Оказалось, что водитель машины жил в том самом подъезде, возле которого и был сбит Андрей.
Когда мать и отчим пострадавшего ребенка пошли разбираться с водителем машины, их просто выставили за дверь. Но даже тогда у этих людей оставалась надежда на помощь полиции. Дело в том, что отец Андрея Борис ГОРОБЕЦ работал оперуполномоченным уголовного розыска Алатауского РОВД. В 2003 году он трагически погиб. Но так уж вышло, что почти все нынешние руководители алматинской полиции, включая заместителей начальника ДВД города, и многие начальники райотделов, были его сослуживцами. И вера в то, что бывшие коллеги погибшего полицейского помогут восстановить справедливость и не дадут в обиду его вдову и сына, была очень сильна в этой семье.
Тем горше оказалось разочарование...
Вот уже полтора месяца мать и отчим Андрея Горобца не могут получить в полиции вразумительных объяснений по поводу наезда на их ребенка. По свидетельству родителей мальчика, а также их соседей, на место ДТП дорожная полиция так ни разу и не приезжала. Однако откуда ни возьмись появилась схема дорожно-транспортного происшествия, на которой указано, что водитель скрылся и не установлен, произведены замеры проездов внутри двора и стоят подписи двух понятых.
Этих понятых мама Андрея Горобца попыталась найти. Безрезультатно. Липовыми оказались понятые. А из этого следует, что и схема тоже липовая.
Судя по документам, странно проведена и экспертиза телесных повреждений. Судмедэксперт, осматривавший ребенка, не увидел имевшегося у него перелома и загипсованной руки. Ссадины и кровоподтеки на голове описаны, а вот травмы руки почему-то нет.
Следующим неожиданным сюрпризом для пострадавшей семьи стал отказ медиков детской больницы выдать первоначальные рентгеновские снимки Андрея Горобца. Не помогли ни уговоры, ни деньги. Теперь у семьи не осталось ни одного документального свидетельства о том, что перелом руки у мальчика вообще был.
В Ауэзовском райотделе дорожной полиции, где изначально занимались расследованием этого ДТП, близких мальчика активно пытались убедить, что владелец автомашины - женщина, которая и сидела за рулем. Лишь когда потерпевшие стали ссылаться на неоспоримые свидетельские показания, доказывающие, что за рулем был мужчина, ситуация стала проясняться.
В кабинете у дознавателя мальчика и его маму наконец познакомили с тем, кто совершил наезд. Им оказался... майор полиции, следователь Ауэзовского РУВД.
Это действительно многое объясняет. И отсутствие служебного рвения в расследовании этого дела у полицейских. И “слепоту" эксперта. И нежелание врачей выдавать пострадавшей стороне рентгеновские снимки перелома у мальчика. Не решил проблем даже визит Натальи Викторовны к сослуживцам погибшего мужа.
Ее наивная уверенность, что многие в органах его хорошо знали и все еще помнили, рассыпалась как карточный домик. Проводившие расследование работники полиции наотрез отказались выполнить просьбу Натальи Викторовны о повторной экспертизе, которая могла бы подтвердить, что у ее сына действительно была сломана рука.
Зато и в следственном отделе, и в службе внутренней безопасности, и в дорожной полиции, и в кадровой службе Ауэзовского райотдела женщине не уставали твердить, что ей не нужно ходить по кабинетам начальства, а надо забрать свои многочисленные заявления и жалобы.
Виновник же аварии, тот самый майор-следователь, семье пострадавшего мальчика так прямо и заявил: мол, я из Шымкента, мне все равно ничего не будет, максимум - лишат прав на полгода, тогда буду ездить по служебному удостоверению полицейского...
Не обратись женщина к нам в газету, так, похоже, оно и было бы. Ведь обычно дела о ДТП в течение десяти - пятнадцати дней уже поступают в суд. Согласно полицейским бумагам это административное дело направлено в суд еще 12 июня 2008 года. Но в семье Натальи Горобец об этом, оказывается, даже не ведают. Их никуда не вызывали. С материалами не знакомили. Будто бы и нет в этой истории потерпевшей стороны.
И еще один важный момент. По закону против водителя, скрывшегося с места происшествия, где есть пострадавшие, уголовное дело возбуждается в обязательном порядке.
Но в случае с Андреем Горобцом, несмотря на неоднократные заявления его матери с просьбой возбудить в отношении виновника ДТП уголовное дело, это обязательное правило почему-то не сработало.
Хотя почему «почему-то?»
Как раз потому-то оно и не сработало, что за рулем сидел майор полиции.
