Почему правоохранительные органы требуют от граждан давать обет молчания

12436 просмотров
0
Анна КАЛАШНИКОВА
Четверг, 13 Фев 2020, 09:00

Адвокат Джохар Утебеков: У правоохранителей монопольное право на освещение любого резонансного процесса с обвинительным уклоном

Первое, с чем сталкиваются граждане, попавшие в кабинет сотрудника правоохранительных органов – это подписка о неразглашении.

Причем неважно, в каком качестве вы вступаете в контакт с офицерами МВД, КНБ, Антикоррупционной службы и других ведомств, облеченных правом инициировать досудебное расследование – потерпевший, подозреваемый или свидетель, вы обязаны дать обет молчания.

Читайте также
Хроники Наурызбайского правосудия

Казалось бы, в чем проблема?

Но мы уже на себе ощущаем, как это опасно.

Когда арестовали Сейтказы МАТАЕВА, я много раз просила адвокатов его и его сына Асета об интервью. После записи беседы с тогдашним заместителем Нацбюро по противодействию коррупции Талгатом ТАТУБАЕВЫМ я предлагала адвокатам Матаева прокомментировать обвинения даже до публикации этого интервью и выдать все эти материалы вместе, но подписка о неразглашении не позволила предоставить равные права на выступление всем участникам уголовного процесса.

Год спустя подобный запрет наложили в Медеуском суде, где рассматривались гражданские иски предпринимателя Зейнуллы КАКИМЖАНОВА к редакциям и журналистам сайтов Forbes.kz и Ratel.kz. По просьбе адвокатов Какимжанова суд запретил освещение этого процесса в средствах массовой информации. Решения судов – известны.

Еще через год нам самим пришлось пройти обыски и допросы, после того как З. Какимжанов написал заявление в полицию. Вот уже два года длится расследование, но ни я, ни мои коллеги не могут ответить на вопросы журналистов и рассказать о том, что произошло.

И вот самый свежий пример. Месяц назад из следственного изолятора "Учреждение ЛА-155/18" должен был выйти девятнадцатилетний алматинец, родственники которого два месяца тщетно добивались его освобождения под залог. Родным пришлось забирать тело парня…

Читайте также
В алматинском СИЗО погиб подследственный

Теперь, даже имея на руках протоколы вскрытия, они не могут показать их ни журналистам, ни специалистам, чтобы найти ответы на вопросы о смерти близкого человека.

Плача, брат умершего в СИЗО парня сказал, что над ним висит подписка о неразглашении и ему грозит уголовная ответственность, если он поделится с обществом своими сомнениями и своей болью.… Хочешь поговорить об этом – готовься к тюрьме.

И я четко понимаю, что если мы обнародуем этот протокол, то снова начнутся допросы в полиции. Да, мы можем не разглашать свои источники, но тогда у нас снова изымут компьютеры и телефоны, у моего сына в очередной раз заберут планшет, из квартиры вынесут ноутбук и старый принтер моего отца.

Известный адвокат Джохар УТЕБЕКОВ не раз говорил о своем резко отрицательном отношении к этим жестким и даже жестоким ограничениям.

- Я с радостью поддержу публичную кампанию за отмену этого запрета о разглашении данных досудебного расследования, - заявил адвокат Утебеков. - Дело в том, что правоохранительные органы преследуют цель создать вокруг уголовного дела такую атмосферу, которая позволит им вытворять, что угодно. Но в итоге они добиваются не соблюдения тайны расследования, а лишь того, чтобы участники процесса, причем обе стороны, как потерпевший, так и подозреваемый, были лишены возможности обратиться к общественности, публично обсуждать эти вопросы, чтобы защитить свои права.

Если честно, то я в принципе не понимаю, как следователь, пока идет разбирательство, может раскрыть какие-то тайны расследования? Что там может быть такого секретного, что человек не может рассказать? Все приговоры находятся в публичном доступе. Все, что касается государственных секретов и дел, связанных с сексуальным насилием – то эти дела и так проходят под грифом "секретно", а все остальные дела рассматриваются в открытом заседании, приговоры находятся в общем доступе. И из приговора можно узнать всю суть дела, что и как там происходило.

Читайте также
Второго пилота Bek Air подвергали многочасовым допросам

Правоохранительные органы просто тупо закрывают абсолютно всю информацию по уголовным делам. Конечно, когда в каком-то деле упоминаются государственные секреты, я согласен, разглашать материалы дела нельзя. Но для этого есть защитный механизм, в таких случаях с человека берется подписка о неразглашении государственных секретов. Но таких дел - единицы. А что защищать в обычном досудебном расследовании? Сейчас ситуация законодательно только ухудшилась – с этого года запрет распространился также на закрытые судебные разбирательства. За разглашение их данных тоже введена уголовная ответственность. В Казахстане эта норма работает с 11 января 2020 г. Как я и ожидал, первые, кто от этого страдает – это потерпевшие, в особенности – жертвы педофилов. Даже у них судьи берут подписку о неразглашении, в итоге родители потом не могут ничего рассказать по делу. 

В декабре прошлого года одному из моих клиентов судья санкционировал арест за то, что на пресс-конференции он огласил фамилию следователя, который ведет его дело. Я считаю этот арест откровенным преследованием и явным нарушением свободы распространения информации и выражения мнений, гарантированной нам Конституцией и международным Пактом о гражданских и политических правах, который ратифицировал Казахстан. К тому же это нарушение права человека на судебную защиту, соответственно, возможность как-либо повлиять на ход судебного процесса и на ход досудебного расследования. 

Кроме того, по окончании досудебного расследования всем участникам процесса все равно предоставляются материалы дела в полном объеме. Неясно, в чем тогда смысл скрывать то, что участники процесса и так узнают? Что такого в том, что об этом узнает общественность?

Читайте также
Смерть в СИЗО: кто виноват

Я хочу сослаться на международный опыт. Мне неизвестно, чтобы такая норма существовала хоть в одной развитой стране. Да, такая же постыдная норма есть в российском законодательстве, но и там люди добиваются, чтобы эту норму исключили из закона – некоторые адвокаты отказываются от подписки о неразглашении. Правозащитники тоже активно сопротивляются. Международная правозащитная группа "Агора" в Москве успешно защищает людей по делам о разглашении каких-то фактов по делам досудебного производства. 

Все говорит о том, что статью 201 Уголовно-процессуального кодекса необходимо удалить, а параллельно удалить из Уголовного кодекса ответственность за нарушение этой статьи.

Почему разглашение сразу же влечет за собой уголовную ответственность и лишение свободы? Очевиден изначально карательный характер этой нормы – если ты что-то разгласил, пусть даже никто от этого не пострадал, то тебя все равно надо наказать, причем в санкции есть даже лишение свободы сроком до двух лет.  Но почему разглашение – это преступление, по сути приравненное к раскрытию государственных секретов?

Мало кто знает, что можно отказаться давать такую подписку. Но если адвоката предупредили о неразглашении хотя бы устно, это может повлечь за собой и другие последствия. Например, меня отстранили от участия в деле, когда я защищал Муратхана ТОКМАДИ. И с этим сталкиваются все адвокаты: следователь может отказать в предоставлении материалов дела, не допускать защитника к участию в следственных действиях, запретить вход в следственный изолятор под предлогом того, что адвокат не дал подписку. 

Читайте также
«Антикорпикчерз» представляет

Следователи особенно быстро берут в оборот потерпевших, заставляя их подписать бумагу о неразглашении. Люди, которых они должны защищать в первую очередь, страдают, потому что целиком оказываются во власти следователей.

Есть и другой аспект у этого запрета. Правоохранительные органы, особенно Антикоррупционная служба и Комитет национальной безопасности, любят выкладывать видеоролики, как они ловят коррупционеров или бандитов. Они не просто их показывают один раз в новостях, эти видео могут крутить на протяжении всего следствия. Один из последних случаев – задержание замакима Алматинской области Багдата МАНЗОРОВА. И ладно бы выложили его задержание, но выкладывают и скрытую съемку разговора с ним, в то время как другие участники процесса, давшие подписку о неразглашении, не могут этого делать. Получается, это улица с односторонним движением, маразм! Опять же дело Токмади – про него целые фильмы крутили, в которых показывали его негодяем, а от меня требовали подписку о неразглашении и в итоге исключили меня из дела. У правоохранителей монопольное право на освещение любого резонансного процесса, причем с обвинительным уклоном. О какой объективности и плюрализме мнений можно говорить? По сути, нас лишают права на свободу слова и мнений.

Чтобы было понятно, почему это так опасно для общества, приведу пример.

Сейчас изнасилование наконец-то стали квалифицировать как тяжкое преступление. И это случилось благодаря кампании группы "Немолчи.кз", проведенной после изнасилования пассажирки проводниками в поезде "Тальго". А представьте себе, если бы этот процесс был закрытый? Никто не смог бы рассказывать об этом деле. И в этом случае добиться, чтобы такое преступление, как изнасилование, перевели в разряд тяжких, было бы невозможно – общественное мнение исключили бы еще до стадии обсуждения. 

От редакции: Мы обращаемся ко всем нашим коллегам, адвокатам, правозащитникам и сотрудникам правоохранительных органов с просьбой высказать свое мнение по поводу 201 статьи УПК и соответствующих статей Уголовного кодекса. Имеют ли право граждане Казахстана делиться своим горем и добиваться справедливости в публичном поле – или это абсолютная монополия силовых структур?

Пишите нам на адрес info@ratel.kz с пометкой "Подписка о неразглашении".

Иллюстративное фото: drtabatabaie.ir.

Загрузка...
журналист
- Значительная часть людей, утверждающих, что советское образование было лучшим в мире, окончили советские школы, но сейчас утверждают, что земля плоская, а с вакцинами вживляют жидкий чип.
Какие ошибки надо исправить после алматинской бойни
Что общего между событиями в Шаныраке и стрельбой в Акбулаке
Как уберечь страну от талибов и демократии
Чем отдел счастья и долголетия акимата Алматы отличается от министерства добродетели и порока Афганистана
Как отменить съёмки программы НТВ "Поедем, поедим!" в Алматы
Подсказка для активных борцов с коррупцией от аналитиков Ratel.kz
Полиция хочет допросить куратора суда "Султан КНБ 20%"
МВД выясняет, кто из сотрудников Комитета национальной безопасности причастен к распространению фейковой информации
"КазТрансГаз" наращивает мускулы
Но для развития компании нужны новые месторождения, новые проекты и новые запасы газа
Историческая мечеть в Жаркенте: почему она так смахивает на китайский храм
Живописный Казахстан с Андреем Михайловым
Эпитафия АТФБанку - действие лицензии прекращено
Частное мнение по новостям KASE (4-8 октября)
Кунаев против Хрущёва. Часть 3: Борьба за Мангышлак
Истории XX века для сетевой аудитории
Загадочные шары Мангистау
Самая загадочная, удивительная, потрясающая достопримечательность Мангистау не охраняется законом
Обзор последнего тура Лиги Чемпионов УЕФА: Группы E, F, G и H
Если бы был приз "Любимчик судей", то РБ Зальцбург явно был бы фаворитом в борьбе за него
О нашем финале
Каждый имеет право на достойный уход из жизни
Русская сказка для Белого дома
Если взглянуть на происходящий в мире топливный кавардак с высоты космического полёта актрисы Пересильд, то увидеть можно прелюбопытнейшую картину
Вернётся ли к железинскому прокурору его помощник
Районный прокурор, у которого был помощник со странной судьбой, должен быть восстановлен на работе немедленно
На адвоката судьи Габдуллина оказывают давление
Руководство следственного изолятора написало на него жалобу в коллегию адвокатов
Актюбинский программист воровал жёсткие диски в городском суде
Смекалистый молодой человек при ремонте ставил старые диски, которые быстро выходили из строя
Где брать газ для алматинской ТЭЦ
О коллективном бессознательном
Здесь будет город-хаб!
Вместе с дефисом в названии южной столицы вырубили и характеристику – "город-сад"
Перенос праздников в Казахстане: понедельник начинается в субботу
Казахстан входит в число лидеров в мире по количеству праздников
Однофамилец
Всевышний умеет шутить, посмеиваясь над нашими планами и так называемыми экспертами
На рынке арендного жилья Алматы происходит настоящая катастрофа
Казахстанцы без своего жилья будут копить на него ещё очень и очень долго
Мы прошли климатическую точку невозврата
Настоящая катастрофа начнётся, когда растают ледники
Почему в Казахстане нужно ограничить выдачу кредитов
- Согласен во всём что Вами сказано.Финансовая безграмотность зашкаливает, безграмотен и я. В данный момент в долгах как в шелках и не кто мне не отказывает ,банки --- "Бери дорогой , ещё бери,а вот так возьмёшь будет процентов меньше". Кабала! Какой выход? Есть ли он? Думаю государство если и будет решать эту проблему ,то очень - очень долго. Скорее люди заинтересованные в этом должны сами создать способ выхода из кредитной ямы.
Сколько бездомных собак и кошек сожгли в Атырау
- Каждый год в бюджет закладывает смета внушительных сумм на уничтожение животных. За эти деньги можно было построить десятки приютов по всему Казахстану. И за это же время уже была бы проведена стерилизация около 70% безнадзорных животных. Это бы сократило численность их в 1000 раз. Без убийства, жёсткости и живодерства. Когда уже в нашей стране начнут думать головой и здраво? Где человеческая гуманность??? Когда уже мы станем людьми, а не убийцами??????
Зачем нас выживают из Казахстана
- Были фламинго, появится очередная"бесоба". Природа такое не прощает.
Сколько в Казахстане стоит должность судьи
- Уважаемый президент разберитесь уже с этим беззаконием и беспределом! Судьи и прокуратура делают и ломают судьбы людей как хотят.! Кругом коррупция саке- баке, в каждой области свои законы и правила.
Сколько в Казахстане стоит должность судьи
- Вот поэтому, у граждан РК нет доверия к судебной системе. Все решения принимаются по указке вышестоящих. О какой независимости может идти речь, если судьи назначаются, а не выбираются народом...
Судья Ак-куов просил Верховный суд защитить права заёмщиков банков за два года до алматинского расстрела
- Очень жаль, что к судье Ак-куову Е.М. не прислушались! В нашей стране простой человек немощен перед крупными банками и компаниями в связи с их административными ресурсами. Тут надо поинтересоваться: правильно ли произведена оценка имущества. К примеру, у моей родственницы банк пытался забрать имущество стоимостью в 100 млн. тенге за 12 млн., оценив его в 24 млн. Спорили и выиграли.
Какие ошибки надо исправить после алматинской бойни
- Марат, вы светлейшая голова. Ваши бы мысли в головы наших властей.