По воскресеньям Ratel.kz традиционно публикует истории правозащитника Евгения Жовтиса из его жизни и юридической практики
* Разруха, невыплаты зарплаты, забастовки
* В Минтруда шла аппаратная борьба
* Бартер не удался
* Загадка «борета» и «тазеля»
* С такими грамотеями экономика может не выдержать
На снимке: Евгений Жовтис. Фото: rus.azattyq.org.
В первой половине 90-х годов после распада Советского Союза в бывших республиках, а теперь независимых государствах была тяжёлая социально-экономическая ситуация.
Разруха, невыплаты зарплаты, забастовки
Эта проблема не обошла и Казахстан. Во многих регионах были хронические невыплаты зарплаты, протесты и забастовки рабочих. В Кентау Южно-Казахстанской области находился крупный Ачисайский полиметаллический комбинат. Там добывали медь, свинец, цинк. И вот на нём тоже возникла конфликтная ситуация из-за многомесячной невыплаты заработной платы. Рабочие постоянно объявляли забастовки.
В Минтруда шла аппаратная борьба
Я тогда работал в Конфедерации свободных профсоюзов Казахстана и постоянно контактировал с Министерством труда. А там, как практически в любом госучреждении, шла внутренняя аппаратная борьба.
В частности, вице-министры не любили друг друга и не упускали возможности продемонстрировать некомпетентность своего оппонента.
И вот один из этих вице-министров даёт мне копию письма другого вице-министра на имя вице-премьера СОБОЛЕВА. А СОБОЛЕВ в то время курировал в правительстве социальные вопросы.
В письме объяснялось, какие меры администрация комбината и Министерство труда предпринимают, чтобы урегулировать ситуацию на комбинате в Кентау.
Бартер не удался
Надо отметить, что это письмо, как положено в бюрократической системе, прошло несколько «фильтров», пока дошло до вице-премьера. Там было пять-шесть подписей каких-то чиновников в правительстве рангом пониже, а в левом верхнем углу красовалась резолюция СОБОЛЕВА: «Создать комиссию, разобраться и доложить».
В письме объяснялась ситуация в Кентау и было написано, что для её решения руководство комбината отправило в Россию десять вагонов «борета» для обмена на «тазель». Но что-то там не срослось, поэтому операция не удалась и получить деньги для выплаты рабочим задержанной зарплаты не получилось.
Загадка «борета» и «тазеля»
Я раньше был горным инженером-экономистом, и моя кандидатская диссертация была связана с Ачисайским комбинатом. Поэтому, включив память, я сообразил, что «борет» - это «барит». Минерал, который используется в коксо-химической промышленности, добывается на комбинате как попутное сырьё и поставляется в Россию на металлургические заводы.
Просто тут две ошибки в одном слове. Но насчёт слова «тазель» у меня никаких версий не было. Я вопросительно посмотрел на вице-министра, который следил за моей реакцией по ходу прочтения письма.
- Что такое «тазель»? К своему стыду, я не знаю, - спросил я.
- Я тоже не сразу сообразил, - ответил вице-министр. - - Это не «тазель», а «Газель», машина такая. Пишется с большой буквы. Руководство комбината хотело по бартеру в России обменять десять вагонов барита на «Газели», привезти их в Казахстан, продать и за счёт вырученных денег расплатиться с рабочими.
С такими грамотеями экономика может не выдержать
- То есть, вы хотите сказать, что вице-премьер создал комиссию, чтобы разобраться, почему в России не меняется «борет» на «тазель»? - осторожно спросил я.
- Именно это, и не только вице-премьер, но и наш другой вице-министр, и ещё пять-шесть чиновников в правительстве, - улыбаясь, заметил мой собеседник.
- А почему никто из них не спросил, что такое «борет» и «тазель» и зачем вообще их надо менять в России? - изумился я.
- Не хотели показать своё незнание, - ответил вице-министр.
Я вышел из его кабинета с твёрдым убеждением, что наша казахстанская экономика может не выдержать, если правительство будет продолжать пытаться обменять в России «борет» на «тазель».
