Улжан никогда не видела своего молчаливого сына таким счастливым и общительным
Улжан для себя уяснила одно. Мужчина - это ребенок, и чтобы удержать его, нужно дать ему тепло и прощение. С тех пор, как они с Жасуланом познакомились и открылись друг другу, дела у него пошли в гору.
Жасулан устроился на новую работу. Денежный архитектурный отдел. Купил аккуратно держаную сороковку, небольшой участок в Байсерке. Начал планировать первоначалку для ипотеки, но тут подвернулась удача и получилось вытащить арестованную однушку в Таугуле.
С обоссанными стенами и полами, но самое непрятное - предстояло судиться с наследником, алкашом и наркоманом, появившимся из ниоткуда. Прошло семь месяцев. После долгого, добросердечного, почти родственного разговора по душам в шашлычнице по Яссауи, наконец пошли на мировую. За уважуху и интернациональную дружбу.
Без пяти минут семьянин, Жасулан молча вычитал цену миротворческого шашлыка с водкой из судебных бумажек. И не без полезных советов знающих друзей из Архитектуры, квартира была почти на его имени.
Он называл любимую ангелом. С ней было так светло, вкусно, как ни с кем другим. Уговорить мать принять новую келин не получилось. Отцу было наплевать. Сын хоть и громко возникал, в душе был согласен с матерью. Такой перспективный, движняковый, неженатый... В стране, где на одного пиджака по семь юбок. А у нее еще и хвост - двухлетний сын.
Так и тянулась резина. Однако, когда Улжан вдруг заявила, что пора каждому идти своей дорогой, остаться друзьями, понять и простить, его чуть не хватило сотрясение. Откуда у этого нежного создания такие мотивы грубые появились? Какая вконтактная муха ее укусила?
Снял двушку по Тимирязева и стали жить вместе. Улжан хотела спокойно расписаться, культурно откушать в кофейне Есентаевой, обменяться кольцами и выложить счастливые фотки в инстаграм для друзей. Но Жасулан имел психоз, неспокойный и преднамеренный, все-таки ехать в аул, получать благословение недовольных и еще не остывших родителей.
Что произошло в ауле - это другая история. Не будем на нее сильно отвлекаться. Короче, невеста не понравилась. Все приметы были против. Но все же мать решила пойти на уступку. Только если младший брат Жасулана с женой и ребенком будут жить вместе с ними в алматинской двушке. Он бросил университет и хотел заниматься маклерством.
***
Итак, папа, мама и Бакоси ехали на кудайтамак к родителям Улжан. Родители даже не знали о существовании внука, а Улжан тошнило от дороги. Когда приехали, Бигайша, мама Улжан, ушла, не встретившись с дочерью глазами.
Старшая сестра Улжан расцеловала племянника и громко бормотала неловкие увеселительные вещи, типа: “Атасынан аумайды екен! Какой хорошенький!”. Потом позвала детвору, и отпустила к ней Бакосю с двумя кг развесных твиксов, коробкой старых игрушек и дюжиной трубочек с мыльными пузырями. Радости новому братишке не было предела, его расспрашивали, целовали, брали на руки, щекотали, катали на лошади.
Улжан никогда не видела своего молчаливого сына таким счастливым и общительным. Ей стало так спокойно, тревоги и слезы, лившиеся тихими ночами в течение последнего месяца, перестали душить. Ее прорвало. Несмотря на отвернувшихся родителей, она веселилась, рассказывала родственникам смешные шутки и какие в Турции красивые бассейны, что были бы впору в такую жару.
Интересовалась новостями. Как закончила школу дочка соседки, что случилось с хозяйством Торебая, на ком женился Сека... И смеялась, смеялась без конца, как будто вчера только была ребенком, жила здесь и просыпалась в топчанах, накрытых марлевой крышкой.
На завтрашний день в семь утра Улжан с мужем ехали в машине. Уже с пустым задним сиденьем. Домой, в Алмату, навстречу будущему, где Бакосе места не нашлось.
Фото: © Ернар Алмабек / mix.tn.kz.
