Ratel.kz начинает публикацию знаменитых записок «Плетенье чепухи» Герольда БЕЛЬГЕРА, не увидевших свет при жизни писателя
«Раб предпочитает раба, господин – господина».
Кто это сказал? Аристотель!
А ведь это сказано о нашем современном обществе. В Казахстане мы это видим на каждом шагу. У казахов эта мудрость звучит так: «Тең теңімен, тезек – қабымен» (Букв.: Ровня с ровней, кизяк с мешком. Рус.аналог: Каждый сверчок знай свой шесток). Образно и четко!
* * *
Мне порой не хватает ни ума, ни слов, чтобы точно выразить свои смутные ощущения. Тем приятнее, когда это посильно другим.
Вот режиссер вологодского драматического театра Зураб НАНОБАШВИЛИ рассуждает о современной драматургии: «Посмотрите, что происходит, почему ставят классику в разных «новых» прочтениях? Потому что нет нового слова. А нового слова нет потому, что время сейчас не для мыслящих людей, сейчас время для потребления. Мы потребляем веру, искусство, человеческие взаимоотношения».
Очень верно! Пошли потребители, пожиратели.
* * *
Национализм в разумной дозе, полагаю, допустим и даже целесообразен. В том смысле, что человек должен гордиться (не кичиться!) своей нацией. Это понятно и естественно. Но оголтелый национализм однозначно – зло. Одинаково гадки и еврейское чванство, и немецкое чистоплюйство, и русская шовинистическая дурь, и казахская спесь, как и любое высокомерие. Я с этими уродливыми проявлениями в некоторой степени знаком. Думаю, они связаны с низкой культурой. Гете так и писал еще в двадцатые годы 19-го столетия: «Национализм – это низкая культура, и в развитии человечества он исчезнет».
Наверное, исчезнет. Но – по всему видать – через очень продолжительное время, пока не отпадет атавистический хвост.
Национализм в избыточной форме сеет вражду между народами.
* * *
Меня всегда поражает и умиляет прочная духовная связь русских и немцев. Это нечто феноменальное. Веками жестоко воевали, истребляли друг друга, соперничали, враждовали, взаимные козни строили, наносили тяжкие обиды, сочиняли хлесткие частушки, дразнилки, издевки-насмешки, но при этом духовно обогащали друг друга, и связь эта – политическая, историческая, экономическая, культурная, духовная – тянулась едва ли не с 9-го века. На эту тему Лев Зиновьевич КОПЕЛЕВ еще при жизни издал семь томов различной литературы – «Россия глазами немцев» и «Германия глазами русских».
Последнее время я охотно читаю и перечитываю Германа ГЕССЕ, нобелевского лауреата. Как основательно он знал русскую литературу! Как проникновенно писал о Л.ТОЛСТОМ, о Ф.ДОСТОЕВСКОМ! А как ценил-почитал «святую» русскую литературу другой немецкий классик, тоже нобелевский лауреат Томас МАНН! Или Генрих БЕЛЛЬ. Да и многие другие выдающиеся немцы.
Соответственно вспомним Германию в творчестве прославленных русских – КАРАМЗИНА, ЖУКОВСКОГО, ТУРГЕНЕВА, ТОЛСТОГО, ПАСТЕРНАКА, ЦВЕТАЕВОЙ…
Вот о чем следует постоянно помнить.
Лев Копелев в интервью двадцатилетней давности сказал: «Связи между нашими народами начали завязываться еще в XI-XII веках. Но даже если всю древнюю историю вынести за скобки и взять лишь три последних века со времен Петра I, то и тогда я не знаю двух других народов, так тесно, судьбоносно связанных друг с другом» (КП, 14.04.92).
Я эту тему могу продолжить по разным параметрам и аспектам.
Вообще это не тема – судьба.
Меня культурные связи народов всегда привлекают. Этой идеей пронизаны все мои художественные и исследовательские сочинения – книги, статьи, эссе.
Мою душу неизбывно греют такие слова как взаимовлияние, взаимодействие, взаимопроникновение, взаимосвязь.
Вообще в основе всякого прогресса лежит «взаимо».
* * *
Большинство наших писателей и журналистов обслуживает не общество, а власть.
Почему?
Потому что власть конкретна, осязаема, у нее есть лицо и деньги, у общества – безликость, зыбкость и безденежье.
* * *
Человек знает, что умрет, но не знает, что он умер. Жалко, но справедливо. В этом неведении заключен высший смысл.
* * *
Плохо, что с покойником много возни. Разумнее было бы, если бы человек в роковой момент просто диковинным образом испарился. Был – и нет. Превратился в космическую пыль. В этом вопросе, похоже, Всевышний чего-то явно недодумал.
* * *
Я с тревогой и ужасом наблюдаю, как плотно обложен котляками-льстецами наш саруар (Букв.: покровитель, наставник. Так Г. Бельгер называл президента – Ред.). Чтобы они не распоясались и не сбились окончательно с панталыку, не охамели до неприличия, президенту необходимо время от времени, широко, по-американски улыбаясь, грозить им пальцем: «Цыц!». Но это тихое «Цыц!» должно в устах саруара прозвучать, как грозное предостережение: «Қыс көтіңді, сұмырай, сүмелек!!» (В значении – замолчи, негодяй! заткнись, сопляк! – Ред.)
Иначе сладу с котляками не будет. Попадешь в их клейкую паутину, как муха и все. Пропал.
* * *
Умер Дукенбай. ( Дукенбай ДОСЖАН, казахский писатель – Ред.). Его официально считали самым читаемым писателем. Издал он более 100 книг. Общий тираж 3,7 миллиона. Переведен в 20 странах. Писал-писал-писал-писал... Лежа на полу, подложив под грудь подушку. Многократный лауреат. Премий – уйма.
А мне звонят и спрашивают: «Кто он такой? Из Шымкента или из Семея? Какого рода?»
Апырай, а! Меня эти вопросы приводят в уныние. Что нужно было еще делать Дукенбаю, чтобы его признали повсеместно, чтобы его знали хотя бы казахстанцы? Может, еще петь и плясать на свадьбах-тоях?!
Не читают люди, не читают.… Нет такой потребности.
* * *
Мне иногда кажется, что по части плетения слов, по славословию, по краснобайству казахи впереди планеты всей. Они природные парламентарии. Любого казаха можно смело вводить в парламент. Наговорит с три короба. И так, как надо. Не отклоняясь от магистрального курса. А вот когда до действия дело не доходит, тот тут... Әрекет жағы кем. (В значении: что касается действий то с этим вопрос – Ред.).
* * *
Известная белорусская писательница, автор многих знаковых книг, Светлана АЛЕКСИЕВИЧ издала новую книгу, уже переведенную в разных странах – «Время секонд хэнд» о политическом опыте 90-х годов.
Судя по всему, в книге много острых суждений и точных замечаний, касающихся нашего времени. Ее интервью (см. «Новая газета», № 36 за 2013 г.) изобилует четко сформулированными горькими мыслями.
Несколько ее тезисов меня «зацепили».
Помнится, внезапная кончина писателя Дукенбая Досжана всколыхнула мою душу. Мне, его многолетнему переводчику, звонили многие казахи и высказывались в том ключе, что смерть, дескать, определяет истинную значимость человека. Примерно то же говорит и Светлана Алексиевич: «Как смерть обнаруживает истинность человеческой жизни, истинность всего, нами сказанного, – так я и выбрала. Потому что без смерти ведь ничего нельзя понять… Что чего стоит».
Очень верно. Вспоминается изречение Пифагора: «Человека узнаешь только после смерти».
Или вот:
«Все кричат о свободе, а свободного человека нигде не было».
Мне показалось, что это имеет отношение к нашему Казахстану.
Справедливо и замечание о «диктатуре малого числа людей в каком-то варианте».
Ей-ей, тоже о нас. О нашей весьма ограниченной элите. О ее диктатуре.
Или:
«Я много лет записываю людей. И у меня очень сильное чувство: ни мы не знаем, что такое Россия, ни власть не знает, что такое Россия. Этот монолит не пришел в движение».
Апырай, наверное, то же самое можно сказать и о Казахстане. И казахская нынешняя интеллигенция не знает, что такое Казахстан (писатели, разумеется, в том числе), ни власть – тем более! – понятия не имеет о Казахстане.
«Никто не знает, что варится в этом котле», – утверждает Светлана Алексиевич.
И, наконец, еще один тезис:
«Интеллигенция теперь не только не знает, не только не хочет знать, что происходит, – но и сама совершенно не влиятельна. Утеряно даже прежнее народное уважение к книжному человеку. Но это очень большая ошибка – что интеллигенция не разговаривает с властью. И не меньшая – то, что интеллигенция не разговаривает с народом. То ли она его боится, то ли потеряла качества, необходимые для разговора. И человек оставлен в одиночестве».
Подумалось: это ведь о нас, о казахстанцах, сказано. Один к одному. Светлана Алексиевич выразила то, что мне не удавалось до сих пор столь четко определить.
А вывод один. Непреложный.
«О прошедшем, о происходящем, о прожитом нами надо говорить».
Да, да, надо говорить! Штандпункт должен быть все тот же: «Не могу молчать!»
Ratel.kz выражает благодарность режиссеру Ермеку ТУРСУНОВУ за подготовку записок Герольда БЕЛЬГЕРА к печати.
Фото: zheruiyq.kz
