Мать полка

6779 просмотров
0
Ермек ТУРСУНОВ
Суббота, 07 Янв 2017, 14:00

После выхода в свет сборника Ермека Турсунова «Мелочи жизни» Ratel.kz продолжает публикацию его новых рассказов, которые войдут в следующую книгу

Читайте предыдущий рассказ Ермека ТУРСУНОВА «Уроки французского».

* Зона отчуждения

* Людей нет. Остались только аисты

* «Утром стрелять начали. Думала, немцы пришли»

В 1988 году, ровно через два года после того, как бабахнуло на Чернобыльской АЭС, нас, группу литераторов, от Союза писателей командировали в Белоруссию, в воинскую часть, сформированную из казахстанцев. На секретариате поставили задачу: «Поднять боевой дух солдат посредством чтения пламенных стихов, вдохновенной прозы и теплого человеческого общения».

Ну что ж, решили мы. Почему бы не поднять? И полетели.

Читайте также
Дурачок

Зона отчуждения

Встретили нас товарищи в форме на военных ГАЗиках и куда-то повезли.

За окном замелькали разноликие пейзажи, постепенно меняясь с городских на деревенские. По дороге мы успели еще и перекусить в какой-то придорожной столовой, на фасаде которой красовалась надпись – «Едальня».

По мере приближения к зоне стали появляться поливочные машины. Много. Они курсировали одна за другой по шоссе и щедро лили воду на асфальт.

Мы минули несколько патрульных постов и, наконец, свернули в лес.

Долго тряслись в ГАЗиках. Наконец остановились. Смеркалось.

Я разглядел, как в сумерках к машинам подходят военные. Вроде как офицеры. Привлекло внимание, что над каждым из них темнел столб, высотой метра в два.

Мы вышли из машин. Над каждым из нас тут же выросло по такому же столбу. Оказалось, это – мошкара. Никогда ни до, ни после не ели меня так нещадно, как там, в белорусских лесах. Даже в Кызылорде, где комары, как мне показалось, могли бы служить вместо сторожевых собак, - даже там они вели себя поскромнее. А эти как с цепи сорвались, зверье какое-то.

Нас в спешке повели в палатки, но по дороге туда свежей, пусть и не очень качественной писательской крови выпито было прилично. Там уже, в палатке, каждого из нас облили какими-то вонючими спецсредствами и выдали по комплекту спецодежды. Не сказать, чтобы сильно помогло: видимо, местные комары привыкли к мясу с синтетическим душком, - но сама процедура придала обманчивую уверенность.

Читайте также
Картина с маслом

Потом повели на ужин. Встречи с бойцами планировались с утра.

Мы огляделись.

Часть как часть. Ангары. Штабные вагончики. Армейские палатки. Машины. Техника. Маскировочные сетки. Все в зеленом.

Утром нас разделили. Поэтов отправили к сверхсрочникам. Прозаиков повели к старослужащим. Наверное, был в этом какой-то свой стратегический расчет. Логику военных лучше не пытаться понять. Надо просто выполнять приказы. По уставу жить легче.

Потом уже, вместо гонорара, накормили творческий десант солдатской кашей и предоставили свободное время.

Мне захотелось посмотреть Припять – запретный город (расположен на территории Украины, в нескольких километрах от границы с Белоруссией. – Ред.). Но туда не пускали. Зона была закрыта.

Людей нет. Остались только аисты

Тогда я попросился в село, возле которого располагалась воинская часть. Ладыжичи оно называлось.

Жителей эвакуировали ночью. Сразу же после взрыва. Наехали военные в грузовиках, спешно всех погрузили и увезли. Теперь оно пустует. Как выразился тут один капитан:

- Людей нет. Остались только аисты.

Мне было любопытно посмотреть: как оно может выглядеть – село без жильцов?

Не могу сказать, что мое предложение вызвало бурный восторг. Но я настаивал. Кураторы покривились и нехотя согласились. Какой-то майор даже вызвался сопроводить. И мы пошли. Я и еще несколько человек.

Белорусские деревни – красивые. Особенно в этой стороне, где зона отчуждения.

Кругом леса. В них дикость разная обитает. Кабаны, косули. Лоси. В водоемах полно рыбы.

Дома уютные. Точнее – хаты. Некоторые сложены из бревен. Приземистые такие срубы. Снаружи они вымазаны глиной и аккуратно побелены. На крышах аисты вьют гнезда. Громадные такие гнезда. Раскидистые. Да и сами крыши не такие, как у нас. Они у них складываются из соломы и камыша. И чем старше хуторок, тем живописнее общий вид. Мосфильмовские павильоны для сказок  напоминает.

Читайте также
Рассказ одного счастливого человека семи лет

Идем, значит.

Зрелище действительно, я вам скажу, не располагает. Сюр какой-то.

Вдоль опустевших улиц стоят хаты. Приземистые такие домики. Заборы. Калитки нараспашку. Двери входные все опечатаны. Нет еще разрухи, лишь дворы поросли травой. Она высокая, по пояс.

Заглядываем в окна. Внутри – беспорядок. Видно, что собирались впопыхах. Валяются опрокинутые стулья. Постели не заправлены. Раскиданы в спешке вещи. Пальтишки какие-то, свитера на полу. Игрушки детские валяются. Сандалики…

Жутковато, если честно.

Так, наверное, будет выглядеть земля после последней на свете войны.

В сараях – тоже пусто. Кажется, вот-вот из-за угла покажется корова. Или тявкнет собака. А может, мелочь какая дворовая. Куры там или гуси. Нет. Никого. Тишина. Мертвая. И какая-то она – звенящая. Как будто по ней ток пропустили. Оглохнуть можно.

«Утром стрелять начали. Думала, немцы пришли»

Вдруг слышим – косит кто-то.

Все дружно повернулись к майору.

- ???

Читайте также
Ермек Турсунов: Как я был Куросавой

- Да это здесь – местная достопримечательность, - усмехнулся майор. – Старуха тут живет. Одна она. Детей нет. Мы ее Мать полка прозвали.

- То есть?

- Вывозили ее тоже несколько раз, - пустился в объяснения майор. - Здесь же закрытая зона. Не положено. Дали ей там, как всем, и жилье, и компенсации. А она обратно возвращается. Пешком. Не может в квартире. Какая вам разница, где мне помирать, говорит. Вот и оставили.

- А почему Мать полка?

- Ну не отец же, - вполне резонно возразил майор. - Здорово она нас тогда напугала. Она, оказывается, пряталась тут, пока чистка шла. А потом через месяц вылезла. Солдаты чуть не описались со страху. Вылезла такая, космы седые распушила, худая, как смерть, в длинном балахоне. Явилась – здрасьте вам.

 

Пошли на звук.

Какая-то бабка машет косой. Да еще и ладно так машет!

Разговорились.

Спрашиваю:

- Как вы здесь живете-то, одна?

Читайте также
Преступление и наказание

- А чего мне? - улыбается. – Вона, когда эти ночью нагрянули и в микрофоны свои стали командовать, я подумала – немцы опять! И – в подвал. Сижу тихо. А утром, слышу, стрелять начали. Ну, думаю, точно немцы.

(Это специальные бригады уничтожали собак и кошек, чтобы те заразу не распространяли.)

- А у меня тут запасы: огурчики там, помидоры соленые. Все свое. Провиант на зиму, - посмеивается старушка. - Сижу себе. Не высовываюсь. А через какое-то время пить захотелось. Невмоготу прям. Внутри, как в кузне. Горит. Выглянула, думаю, да и бог с ним, будь что будет, и так уже скоко мне осталось. Гляжу - а нету никого. Ни соседей, ни этих. И всё целое. Хаты стоят. Ничего не пожгли. У меня аж рот открылся.

- А почему вы со всеми не уехали? Здесь же опасно.

- Ха, - отмахнулась старушка. - Здесь же дом. Здесь каждый кустик ночевать пустит. И чего опасно-то? Вон Микулишна тоже возвернулась за портретами родительскими, мы с ней картошку стали печь. Так она не взорвалась. Так что врут всё. Антихристы!

- А косите траву зачем? Скота же все равно нет.

Старушка как-то вздохнула печально. Провела бруском пару раз по лезвию своей семерки.

- А надо! - произнесла уверенно. - Для общего порядку.

И вдруг потянулась ко мне. Пощупала волосы. Нахмурилась, словно припоминая.

- Такие же, - прошептала.

- О чем вы, бабушка? - не понял я.

- Да тут, в войну, немцы расстреляли одного парнишку, - стала вспоминать старушка. - Он тоже такой темненький был, раскосый, вроде тебя. Ранило его в ногу, бежать не мог, поймали его, беднягу. И хоронить запретили. А ночью баба Настя меня разбудила, и мы пошли…

Тут она снова замолчала. Промокнула глаза платком. Тяжелые все-таки воспоминания.

- Я испужалась тогда жутко, помню, я ж покойников никогда не видела. Только один раз, когда Митька-скотник в реке утонул по пьянке. Да и то издали. А тут солдатик. Молоденький еще. Остыл уже… Закопали мы его за селом. Помню, волосы у него еще были такие, как у тебя…

Я замолчал потрясенный.

- А где его могилка? - спрашиваю через паузу.

- А тама, - показала рукой. - Там наш хутор стоял. Зеленый Гай назывался. Сожгли его немцы…

- Ну, всё, - оборвал майор. - Нам пора.

И выжидающе глянул на нас.

Мы сфотографировались на память с героической бабулей (на снимке) и пошли обратно. В часть.

Наутро было еще несколько встреч. Потом еще несколько.

А потом мы полетели домой.

И у меня долго еще перед глазами стояло пустое село, звенящая тишина, одинокая старушка и широкое зеленое поле со скошенной «для общего порядка» травой.

Фото: disgustingmen.com и из архива Ермека Турсунова.

Сборник рассказов Ермека ТУРСУНОВА «Мелочи жизни» продаются в магазинах «Меломан» и MARWIN.

Регистрация для комментариев



Вам отправлен СМС код для подтверждения регистрации.




российский политолог
- В Казахстане подрастает поколение людей, которые выросли, сформировались уже после распада Советского Союза и которые в высшей степени свободны от этого совкового менталитета, от привязанности к тем ценностям общего дома. И они еще более, чем раньше, будут далеки от мысли, что можно с Россией жить в одном доме.
Ratel Instagram
Роскомнадзор требует удалить публикацию сайта Ratel.kz
Когда российские власти решили, что Казахстан является субъектом РФ
Как дилер нации насолил сахаром Карашукееву
Когда у нас создадут совместное производство Lada Granta без АБС, подушек безопасности и кондиционера
Казахстан не досчитается 2 млн тонн нефти
…из-за плохой погоды, неразорвавшихся мин и проданных танкеров
Отремонтированный на деньги КПО аэропорт Уральска вновь нуждается в ремонте
Почему Eni и Shell оплачивают хотелки акима?
Почему подпись министра Ускембаева оказалась на поддельном отчёте о катастрофе самолета Fokker-100
Независимая экспертиза показала, как государственный орган сфальсифицировал заключение об авиакатастрофе с человеческими жертвами
Угрозы экономике Казахстана
Проблемы российской экономики могут перетекать к нам по двум основным каналам: импорт товаров и инвестиции
Чарын и Кольсай без толпы туристов? Хотите увидеть?
Репортажи из прошлого от Андрея Михайлова
О глобальном
Что бы мы ни делали, мы упорно хотим сами себя уничтожить
Не Россия, а Китай является для США главным вызовом
Кто будет определять международный ландшафт XXI столетия
Алма-Ата и Алматы. История на пуантах
Полицейские дали павлодарке две расписки, что сводят её в ресторан
В ресторане, которого дама ждёт уже больше восьми месяцев, с ней обещали вести разговоры на личные темы и не причинить никакого опасного вреда
Кто будет выполнять обещание акима области Жениса Касымбека по строительству дома №10 ЖК "Трилистник"
ТОО "Atlant Building KZ" проиграло в областном суде и признано недобросовестным участником госзакупок
Актюбинских горняков на "Казхроме" кормили пловом с червями
В сети попало видео обеда в столовой Донского горно-обогатительного комбината
Глина и навоз вместо исторического облика Алматы
Старые алматинские дома превращаются в новые трущобы
Где мы были восемь лет, или Почему так трудно издать в Казахстане перевод детской книги на казахский язык
Наша личная сказка про перевод на казахский успела сменить жанр и из страшной превратиться в остросюжетную с хеппи-эндом
О запрете на экспорт, ручном управлении экономикой и индонезийском пальмовом масле
Все разумные решения принимаются по-разному, но глупые - одинаково
О биографиях казахстанских "молодых политиков"
Незатейливая политтехнология, из разряда "простота хуже воровства"
Однофамилец
Всевышний умеет шутить, посмеиваясь над нашими планами и так называемыми экспертами
На рынке арендного жилья Алматы происходит настоящая катастрофа
Казахстанцы без своего жилья будут копить на него ещё очень и очень долго
Мы прошли климатическую точку невозврата
Настоящая катастрофа начнётся, когда растают ледники
Суд приговорил Боровикова к девяти годам лишения свободы
- Сергей здравствуйте, Вами проделана огромная работа, за что Вам лично выражаю ОГРОМНОЕ спасибо. Ваши статьи по настоящему освещали судебный процесс. Я как простой читатель Вам благодарен. Семье потерпевших выражаю ГЛУБОЧАЙШИЕ соболезнования.
В Алматы объявлены в розыск нотариусы-мошенники
- Нонсенс заключается в том, что прокурором Медеуского района до настоящего момента неисполнено частное определение Медеуского районного суда, которым суд требовал принять в отношении Рыскали и Кожахмет надлежащие меры уголовно правового характера. Вопрос: а почему прокурор Медеуского районна такой лояльный к указанным выше ммошейникам. И почему в период его руководства, все заявления в отношении данных лиц спущены на тормазах.
Будет ли новая элита наурызить и байконурить Казахстан
- Супер,все в тему! Айдос показывает и доказывает, что есть политические реалии. И что делать!
Куда нас тащит путь Абаева
- Согласна полностью. Не понимаю, почему он до сих пор занимает эту должность. Аналогичный маразм, который исходит от растущего числа религиозников и нравоучителей, говорит о том, что как раз таки надо усиливать работу над пропагандой семейного института, ужесточением наказания семейным добеширам, безответственных алиментщиков и т.п. Какое глупое и бездарное решение- запретить показ мультфильма.
Жители отдалённого района ВКО заставили золотодобывающую компанию приостановить работы
- 7 жылдық жұмыс үшін , ауылға қаншама зиянын тигізеді. Бұл фабриканың салынуына жол бермеу керек. Ауыл ойықта орналасқан, Таудан соққан желдің әсерінен бүкіл шаң, газ ауылға келеді. Ауыл тұрғындары арамен, малдың арқасында өмір сүріп жатыр. Егер фабрика салатын болса мал жайлымыда қалдмайды.
О мелочном жлобстве элиты Казахстана
- Өте дұрыс айтылған, Бас иемін, бәленің бәрі осыдан басталады.Рахмет !
Первые люди в долине Или: ниже Капчагая обнаружены каменные орудия, сопоставимые с древнейшими артефактами Земли!
- Добрый день! С точки зрения археолога-палеолитчика, знающего, что такое олдованская культура, могу сказать, что материал интересный. В данный момент занимаемся раскопками стоянок верхнего палеолита в предгорьях Заилийского Алатау. Поэтому есть возможность более детально изучить данные местонахождения. Как можно связаться с автором? Мой мэйл: dim_as_oj@mail.ru