7 мая исполнилось бы 90 лет человеку, который руководил Казахской ССР с 16 декабря 1986-го по 22 июня 1989 года
На снимке: Геннадий Колбин.
Сегодня имя человека, руководившего Казахстаном два с половиной года, в нашей стране проклято и предано забвению. Его если и вспоминают, то только в контексте очередной годовщины декабрьских событий в Алма-Ате в 1986 году. (Правда, 30-летие Желтоксана прошло почти незамеченным: наверное, не хотели печальными коннотациями портить праздник 25-летия независимости.) Однако во время его правления были события, которые никак не вписываются в сложившийся демонический образ. Расскажу о том, что видел своими глазами.
Двуязычие – два крыла
Борьба за возрождение казахского языка на государственном уровне началась не в начале 1990-х, как многие сегодня уверены, а – дышите глубже, вы в шоке! - с приходом на пост первого секретаря ЦК Компартии Казахстана Геннадия КОЛБИНА в декабре 1986 года.
Катапультировали его в нашу республику из кресла первого секретаря Ульяновского обкома КПСС. А до того восемь лет, с 1975-го по 1983 год, Геннадий Васильевич служил вторым секретарем ЦК Компартии Грузии, за ШЕВАРДНАДЗЕ приглядывал. 14 апреля 1978 года в Тбилиси и других городах прошли массовые выступления в защиту родного языка. Благодаря им в Грузии, едва ли не единственной среди всех республик Союза, национальный язык сохранил статус государственного. Колбин сам выучил грузинский и толк в языковой политике знал.
В начале 1987 года газета «Огни Алатау», где я работал, завела рубрику «Двуязычие – два крыла», и главный редактор Надежда Халиловна ГАРИФУЛЛИНА требовала, чтобы материалы на эту тему были в каждом номере. В райкомах и обкомах партии русские секретари отвечали за развитие казахского языка, а казахи – соответственно, русского.
Как Колбин казахский по шпаргалкам учил
Запомнился такой случай. В 1988 году в здании Верховного Совета КазССР на Старой площади (сейчас там Казахско-Британский технический университет) шёл республиканский съезд журналистов, в котором участвовал и я.
Топая, как слон, на трибуну поднялся Колбин. Он достал из кармана какие-то карточки и начал потрясать ими.
- Вот! – гремел Геннадий Васильевич. – Вынужден на шпаргалки выписывать казахские слова с переводом на русский и зубрить их. Потому что ни пособий нормальных, ни учебников по казахскому языку нет!
Последнюю фразу я еле расслышал: она утонула в бурных и продолжительных аплодисментах делегатов съезда.
Основательно казахский язык Колбин, похоже, выучить не успел. Летом 1989-го Кремль освободил его от должности главы Казахстана, назначив председателем Комитета народного контроля СССР. В период развала Союза он был не у дел. В 1992-1993 годах трудился целым помощником директора нижнетагильского химзавода, а последние годы – председателем совета директоров МосУралБанка.
Смерть в метро
Умер Геннадий Васильевич 15 января 1998 года в вагоне московском метро от сердечного приступа. Он ехал в гости к внуку Диме – сыну приемной дочери Марины. Пять дней тело Колбина пролежало в морге бесхозным, и бывшего руководителя Казахстана уже собирались похоронить как бомжа, но по чистой случайности его опознали милиционеры и связались с родными.
Фото: ЦГА КФДЗ.
Источник: книга Вадима БОРЕЙКО «Котелок».Текст отредактирован автором.
Примечание. Книги Вадима Борейко «Котелок» и «Високосный.kz» продаются в магазинах «Меломан» и MARWIN.
