Полицейский Галим просил потерпевшего Ханатбекова дать ложные показания
В понедельник, 17 ноября, в Специализированном межрайонном уголовном суде Карагандинской области были опрошены первые трое потерпевших по громкому уголовному делу с четырьмя эпизодами вымогательства крупных сумм денег и мошенничеством.
Напомним, на скамье подсудимых находится шесть человек - Арман КУКУМБАЕВ, Владимир ЖИЛИН, Даниил ВОРОНОВ, Бегзат АХМЕТЖАНОВ, Ербулан МАКУМБЕКОВ и Нариман СЫЗДЫКОВ.
Кукумбаев проходит по всем четырём эпизодам. При этом он имеет непогашенную судимость.
Один из эпизодов – вымогательство 100 тысяч долларов с Аманжола ХАНАТБЕКОВА – Ratel.kz подробно описывал в апреле 2017 года.
В марте неизвестные потребовали у Ханатбекова 100 тысяч долларов, которые он им якобы задолжал.
Ни перед кем долгов у него не было, поэтому Аманжол поделился проблемой со своим знакомым сотрудником полиции Дидаром ГАЛИМОМ.
Тот привлёк к разборкам Армана КУКУМБАЕВА, а также любезно передал незарегистрированный травматический пистолет и сам поучаствовал в разборках.
Однако из числа подозреваемых по делу Галим странным образом перешёл в разряд свидетелей. Кроме того, оперативно уволился из правоохранительных органов.
В начале заседания двое подсудимых – Арман Кукумбаев и Ербулан Макумбеков – частично признали свою вину. Кукумбаев, что забрал у предпринимателя Якова ЧАЛОГО 50 тысяч тенге из портмоне и присвоил себе. Макумбеков, что имеется его вина в схеме с потерпевшими супругами ОРАЗАЛИНЫМ и ЖАЯКБАЕВОЙ. Остальные подсудимые вину отрицали.
Кредитор стал подсудимым
Во время допроса предпринимателя Якова Чалого к нему возникло много вопросов не только со стороны адвокатов, но и судьи - председателя Специализированного межрайонного уголовного суда Карагандинской области Шарипа СИСИМБАЕВА.
Во-первых, от своих претензий к подсудимым Чалый полностью отказался, написав соответствующее заявление.
Во-вторых, оказалось, что перед подсудимым Нариманом Сыздыковым он действительно имеет долг в сумме 350 тысяч тенге, который не погашал с 2015 года. Сыздыкова вместе с бригадой строителей Чалый нанимал в качестве субподрядчика для ремонта школы. И не заплатил вовремя за выполненную работу.
В качестве долга он передал другому бригадиру строителей подержанный автомобиль, от продажи которого и должны были быть покрыты долги. Однако продать легковушку аварийном состоянии и числившимися за ней штрафами быстро не получилось.
Более того, выяснилось, что Сыздыков не вымогал с Чалого лишних денег. Просил вернуть ровно столько, сколько тот должен – 350 тысяч тенге. Однако в заявлении в полицию потерпевший приписал 150 тысяч тенге.
Также адвокаты обратили внимание суда на тот факт, что заявление в полицию Чалый написал уже после рапорта сотрудников ДВД, осуществлявших негласные следственные действия.
Потому в рапорте значится «Литер Г у литера Т вымогает деньги».
В итоге этот эпизод получился не очень красивым. Вроде бы Кукумбаев, Воронов и Ахметжанов и «прессанули» Чалого, но в то же время и сам он не без греха.
Вместо того, чтобы отдать долг своему приятелю Сыздыкову, он усадил его на скамью подсудимых по обвинению в совершении тяжкого преступления.
При этом в суде Чалый признался, что готов простить Кукумбаеву даже те 50 тысяч тенге (вытащенных из портмоне), поскольку засчитал их в сумму долга перед Сыздыковым.
С боевыми - на «стрелку»
Но самым интересным, безусловно, стал допрос потерпевшего Аманжола Ханатбекова (на снимке).
Не будем дословно приводить всё сказанное в зале суда, так как допрос главного свидетеля по этому эпизоду – экс-полицейского Дидара Галима будет только на следующей неделе.
Но некоторые моменты уголовного дела заслуживают особого внимания.
Первое - во время самого первого допроса Ханатбеков указал следователю, что вначале обратился за помощью к некоему приятелю Азамату.
Однако во время последующих следственных действий назвал настоящее имя приятеля – Дидар Галим. Более того, указал на то, что именно Галим попросил его дать следствию неверные сведения, так как боялся понести ответственность.
Второе – первоначально речь шла о том, что на «стрелке» с неизвестными, на которой были Ханатбеков, Кукумбаев и Галим, стрельбу Кукумбаев вел из травматического пистолета. Однако оказалось, что в руках у Кукумбаева потерпевший видел пистолет Макарова с боевыми патронами.
На «стрелке», по подсчётам Ханатбекова, Кукумбаев произвёл четыре выстрела – два в живот одному из неизвестных, один – по второму, и ещё один раз выстрелил в воздух из окна машины, когда они уезжали.
Всё это происходило на глазах сотрудника полиции Дидара Галима, который не написал рапорта о применении оружия. Более того, Кукумбаев в машине сказал, что, скорее всего, убил человека.
Третье – если первоначально 100 тысяч долларов с Ханатбекова вымогали непонятно по какой причине, то после стрельбы оппоненты предъявили этот же счёт за то, что их приятель оказался с пулевым ранением в живот в реанимации.
При этом сумму Ханатбеков и Кукумбаев должны были отдать ровными долями - по $50 тысяч. Кроме того, оппоненты заявили, что если их приятель умрёт, кто-то ляжет рядом с ним в могилу – либо Ханатбеков, либо Кукумбаев.
Что удивляет в этом моменте: если участник «стрелки» оказался в реанимации с пулевым ранением, почему правоохранительные органы обозначают его как неустановленное лицо? Медики просто обязаны были доложить об огнестрельном ранении в ДВД. Установить личность пострадавшего не составило бы труда.
Но и это ещё не всё. Как вы помните, сотрудники ДВД так и не нашли пистолеты, из которых велась стрельба на разборке. И, как теперь выясняется, один из них был боевым!
И у адвокатов, и у судьи после всего сказанного возник один главный вопрос: почему Ханатбеков сразу не обратился в правоохранительные органы с заявлением, а воспользовался помощью Галима, который привлёк к разборкам Кукумбаева?
Как вы думаете, почему? Потому что сотрудник полиции Дидар Галим попросил… не обращаться в полицию!
Лишь после того, когда дело окончательно запахло жареным, то есть когда Ханатбеков лишился машины и заложил в ломбард своё золото, чтобы откупиться за стрельбу на «стрелке», Галим посоветовал ему написать заявление в УБОП.
Другая примечательная деталь: вымогатели 100 тысяч долларов якобы приехали из Кокшетау.
О том, что семья Ханатбекова раньше жила там знал только один человек – Дидар Галим. На этот момент на заседании суда указали адвокаты.
Ну и пока в деле не засветился травмат, который Галим передал для Ханатбекова… Так что к свидетелю Галиму будет больше всего вопросов у защитников и подсудимых.
За «рахмет» - к ответу
А пока идет главное судебное разбирательство, подсудимые пишут обращения в различные инстанции с просьбой обратить внимание на некоторые странные детали.
К примеру, подсудимый Кукумбаев отправил жалобу в Генеральную прокуратуру, премьер-министру Казахстана Бакытжану САГИНТАЕВУ и председателю агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции Кайрату КОЖАМЖАРОВУ, в которой просит провести расследование факта вымогательства полутора миллионов тенге в качестве «рахмета» с потерпевшего Ханатбекова сотрудниками УБОП ДВД Карагандинской области, а также 500 тысяч тенге с Гани ОМАРОВА и Мираса БЕККОЖИНА, в машине которых он был задержан в мае этого года.
При этом Кукумбаев просит провести расследование не только в отношении сотрудников УБОП, но и заместителя начальника регионального транспортного управления Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры Нурболата КОКИШЕВА, который является отцом Дидара Галима. Чтобы прояснить наконец, как из подозреваемого последний превратился в свидетеля.
Заседания суда продлятся всю следующую неделю и будут проходить ежедневно.
Как сказал судья Сисимбаев, он очень хорошо ознакомился со всеми материалами дела, и его рассмотрение не займёт много времени.
Возможно, уже к концу ноября мы услышим приговор.
Фото автора.
