В правительстве решают, как снизить подростковую преступность
* Юность совершает тяжкие преступления
* Рабочий день до 6 вечера как профилактика преступности
* Старшеклассников будут обучать вождению
* «Неправильных» детей легче «спрятать» в спецшколы
* Правозащитники опасаются за будущее учеников закрытых заведений
Юность совершает тяжкие преступления
В Казахстане ухудшается статистика подростковой преступности. По официальным данным, в этом году этот показатель вырос на 11 %. По словам министра внутренних дел Калмуханбета КАСЫМОВА, нередко подростки совершают грабежи, разбои и даже убийства. Лидируют по уровню подростковой преступности город Астана, Атырауская, Алматинская и Павлодарская область.
- По официальной статистике, под профилактическим контролем отделов по делам несовершеннолетних находятся более 11 тысяч подростков. Свыше 12 тысяч неблагополучных семей, в которых проживает более 16 тысяч детей. Ежегодно в полицию доставляется более 100 тысяч несовершеннолетних правонарушителей. В прошлом году Центры адаптации несовершеннолетних помещено свыше 700 тысяч безнадзорных детей. В этом году уже 5700, - сообщил, выступая с докладом на заседании правительства, министр в среду, 5 октября.
Рабочий день до 6 вечера как профилактика преступности
Одну из причин роста подростковой преступности в Министерстве образования и науки видят в недостатке родительского внимания, поэтому глава ведомства Ерлан САГАДИЕВ предложил на заседании правительства решить проблему несоблюдения трудового законодательства.
- В связи с тем, что родители проводят много времени работе, им не хватает его на общение с детьми. Среди них много госслужащих. Только 10-12% родителей принимают участие в школьных родительских собраниях. По нашим данным, 50 % родителей не посещают школу в течение 11 лет учебы ребенка. (...) Постоянная задержка на работе родителей имеет высокую социальную цену, которую платят наши дети. Родители — это самый эффективный ресурс, который на сегодня используется крайне низко. Мы считаем, что необходимо начать гораздо строже придерживаться Трудового кодекса, чтобы родители могли прийти пораньше домой к детям, принять активное участие в их воспитании и контроле и начать желательно с государственных органов, - сказал министр образования и науки.
Старшеклассников будут обучать вождению
Кроме того, Ерлан Сагадиев предлагает повысить зарплату школьным психологам и повысить их квалификацию по новой программе, апробация которой сейчас идет в 6 областях Казахстана. Министр также поднял проблему нехватки школьных инспекторов, предложил местным исполнительным органам обратить внимание на открытие спортивных секций и строительство спортивных залов.
По его данным только 27% детей в Казахстане имеют доступ к тем или иным спортивным секциям. Бонусом правительственных мер по борьбе с подростковой преступностью и снижению аварийности на дорогах должно стать обучение старшеклассников вождению автомобиля в рамках программы начальной военной подготовки.
- То есть, ребенок уже на выходе (по окончании школы — А.Б.) будет получать свидетельство и к 18 годам иметь водительские права, что, мы надеемся, изменит ситуацию на дорогах. Деньги на переподготовку у нас есть. Процесс поэтапно начнется в 2018 году, - сказал Сагадиев.
«Неправильных» подростков легче «спрятать» в спецшколы
Однако министр внутренних дел Калмуханбет Касымов считает, что профилактических мер для снижения уровня подростковой преступности недостаточно. Он предлагает увеличить количество специализированных школ для несовершеннолетних правонарушителей.
- Сейчас в ведении Минобразования имеется всего лишь 7 специальных школ на 420 мест для несовершеннолетних правонарушителей. Более того, на всю страну имеется всего 1 школа закрытого типа для перевоспитания подростков, совершивших тяжкие преступления до достижения возраста уголовной ответственности. Число таких подростков в стране сейчас достигло 2 тысяч, поэтому выходить из ситуации нам необходимо уже в ближайшее время. Если не за счет строительства новых, то путем перепрофилирования хотя бы одной-двух имеющихся спецшкол с содержанием на республиканском бюджете, - отметил министр внутренних дел.
Правозащитники уже высказались против инициативы Министерства внутренних дел. По их мнению, открытие новых спецшкол для детей, находящихся в конфликте с законом, не только не решит проблему подростковой преступности, но и увеличит в будущем численность тюремного населения в Казахстане.
Правозащитники опасаются за будущее учеников закрытых спецшкол
- Исследования показывают, что условия содержания детей в образовательных учреждениях закрытого типа мало чем отличаются от условий содержания в тюрьмах. К сожалению, условия таковы, что дети, которые побывали в них, не находят другого выхода, кроме как вернуться в преступный мир. Мы не раз указывали на эту проблему. Изолировать проблемного ребенка — легче всего. Но нужно думать о последствиях. Развитые страны давно отказались от содержания детей с девиацией в закрытых учреждениях, - рассказал в интервью корреспонденту Ratel.kz региональный директор представительства PRI в Центральной Азии Азамат ШАМБИЛОВ.
В качестве альтернативы закрытым образовательным учреждениям для детей с девиацией правозащитники предлагают создание центров адаптации дневного пребывания, в которых бы работали педагоги-психологи, помогающие решать проблемы взаимоотношений с семьей, успеваемости в школе, отношений со сверстниками. Однако чиновники не выражают заинтересованности в таких методах работы.
В мае этого года группа НПО подготовила пакет рекомендаций по реформированию системы организаций образования для детей с девиацией, в которых отразила механизмы внедрения гуманных, апробированных в развитых странах методик работы с детьми.
- Чиновники правительства сообщили нам, что изучили рекомендации и пообещали учесть их, но только при разработке нового программного документа по вопросам защиты прав детей. Как нам сказали, он будет рассчитан на 2019-2029 годы, - рассказывает Азамат Шамбилов. - Мы рассчитывали, что наши рекомендации внедрят уже в ближайшее время. Но теперь получается, что в ближайшие два года правами детей никто заниматься не будет, что ли?
