Ареал распространения саранчи в Казахстане теперь вне закона

7863 просмотров
0
Ольга ВОРОНЬКО
Суббота, 05 Июл 2025, 10:00

Эксперт Павлов использует термин “ареал”, а минсельхоз против, поэтому Трампу верить нельзя, ведь без лис пропадут волки

Ну что, друзья, больше никаких “ареалов” распространения саранчи в нашей стране. Апелляция оставила в силе постановление специализированного межрайонного суда по административным правонарушениям Астаны, оштрафовавшего известного аграрного эксперта, аналитика, основателя телеграм-каналов "Казахский чуваш" и "Фонд-бюро расследования коррупции" Кирилла ПАВЛОВА за то, что тот в соцсетях распространял не официальные данные минсельхоза, а подсчеты ООН и американского центра Geobox, специализирующегося на спутниковой аналитике.

Читайте также
Павлов заплатит 78 640 тенге, сколько за это же заплатит Смаилов?

Судья М. НОГАЙБЕКОВА так и зачитала: “были опубликованы публикации касательно масштабов распространения саранчовых вредителей, которые … не соответствуют официальным данным”. А у нашего же минсельхоза других проблем уже как бы и нет, только бороться за честь саранчи, которую эксперт заподозрил в излишней плодовитости, распространенности и прожорливости.

- Этот процесс не про распространение информации, которая создаёт условия для нарушения общественного порядка, - заявил Павлов во время рассмотрения его апелляционной жалобы в судебной коллегии по уголовным делам суда города Астаны. - Этот процесс про страх, про тех, кто боится, что люди выйдут и узнают, насколько реальность отличается от их отчётов. Насколько саранча летит. Пожалуйста, посмотрите, Ваша честь, невозможно стоять, она бьётся в камеру (здесь Павлов пытался показать видео на сотовом телефоне - О. В.). - После нашего процесса я поехал по Жамбылской области. Я поехал по тем местам, про которые я говорил, из 20 точек в 19 подтвердилось наличие саранчи. Да, я не могу физически объехать все пять миллионов гектаров, это не может и минсельхоз сделать, это можно сделать только с помощью технологий. Все, что я хотел сказать, это то, что есть угроза и надо на неё обратить внимание. Я не требовал ни с кого денег, никому не угрожал, не шантажировал. Я всего лишь говорил - обратите внимание, вот она у нас под носом, угроза, и она чуть-чуть больше, чем вы заявляете. И что мы видим сегодня? Мы видим, что Продовольственная и сельскохозяйственная организация Объединённых Наций объявила, что масштаб этой угрозы в Казахстане даже больше, чем писал я. В стране, в которой запрещено думать, анализировать и публиковать все, что не сходится с официальными данными, всегда будут гореть леса, всегда кто-то съест урожай, всегда будут какие-то проблемы. Если в нашей стране не нужна аналитика, если в нашей стране не нужна свобода слова и люди думающие, то, наверное, такие процессы станут частыми.

Руководителя американского аналитического Geobox Марата БЕКСУЛТАНОВА, чьими расчетами пользовался Павлов, суд первой и апелляционной инстанции в качестве свидетеля допрашивать почему-то категорически отказался. В своей же пояснительной записке суду он указал: “Международная система учёта, принятая Продовольственной организацией ООН (FAO Locust Watch) и цитируемая Павловым, предусматривает пять последовательно сужающихся уровней: 1. ареал распространения – вся потенциальная зона, где вид способен появиться; 2. обследованная площадь; 3. заражённая площадь; 4. заражённая площадь выше ЭПВ (экономического порога вредоносности); 5. обработанная площадь. В ведомственных формах МСХ фиксируются только уровни 2-5. Показателя № 1 ("ареал распространения") в республиканской отчётности нет, поэтому Geobox рассчитал его дополнительно. Спор между сторонами возник именно из-за этой методической разницы: Павлов оперирует профилактическим уровнем 1, а МСХ – отчётными уровнями 3-5”.

Сотрудники подразделений минсельхоза пояснили, что Павлов не должен был указывать ареал распространения саранчи, так как у них, в минсельхозе, уже лет 20 как утверждена определенная форма отчетов, в которой нет такой графы. Представитель потерпевшего министерства адвокат Венера ТАПАЕВА при этом добавила, что суд похож на слет журналистов, и дала понять, что ей не нравятся статьи.

- Хотелось бы сказать, что если сейчас, по мнению Павлова, мы должны уничтожить абсолютно всю саранчу, то мы тем самым нарушим экологическую цепочку всей нашей планеты, - проинформировала она собравшихся. - Исчезнет саранча - исчезнут воробьи, сороки. Исчезнут сороки - исчезнут лисы. Исчезнут лисы - исчезнут волки.

Еще Тапаева Венера Бидальиевна сообщила, что если центр Geobox - это международная организация, связанная с Америкой и ТРАМПОМ, это не значит, что мы должны ему доверять. Почему-то в Америке, сказала она, не применяют казахстанские разработки.

Фото и видео: © Ratel.kz / Ольга Воронько.

Оставьте комментарий

Депутат Курултая:
«Статус врача – это вопрос биологической и национальной безопасности»
Скотч, камча и стигма: как страх перед психиатрией едва не стоил жизни молодой матери
Как отличить послеродовой психоз от депрессии и когда необходима срочная помощь – мнение специалиста
Когда «нет» перестают слышать
Адвокат Асқат Сулубек о границе между заботой и насилием, отношениями и контролем, вниманием и преследованием
Дружба, ставшая искусством: Мари‑Пьер Лере выступит в Алматы в память о Денисе Тене
Ледники Центральной Азии потеряли 26 млрд тонн льда в 2025 году
Как сокращение ледников Тянь-Шаня и Памира влияет на водные ресурсы Казахстана и соседних стран
После землетрясения в Алматы: почему нельзя покупать и продавать недвижимость на эмоциях
Как страх меняет спрос на квартиры и дома, влияет на цену сделки и может стоить собственнику или покупателю миллионов тенге
Токаев и новая геометрия Казахстана: Берлин, средняя держава, Совбез и общественный контроль
Виталий Колточник - о внешней политике Казахстана, новом Совбезе и перестройке государства
ООН как зеркало раскола: почему главные договорённости всё чаще ищут за пределами Нью-Йорка
Протесты в Европе, атаки на аэропорты и танкер, разводы и скандалы
Главное в мире
Совет Безопасности становится вторым стратегическим контуром Президента Токаева
Тандем Карин - Балаева в этой конфигурации один из центральных элементов новой политической архитектуры
«Мүсіндер» в Almaty Museum of Arts: как казахстанская скульптура рассказывает нашу историю
Скульптура – это то, обо что вы спотыкаетесь, когда отходите назад, чтобы рассмотреть картину
Китаист Алексей Маслов  о климате, ресурсах и новых правилах игры
Китай меняется - и соседям надо готовиться
Город будущего построят в Алатауском районе Алматы
Что увидели журналисты во время пресс-тура по району
Дубай после бума: стоит ли казахстанцам инвестировать в ОАЭ в 2026 году
Главное преимущество недвижимости – наличие реального актива
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай