Эта история с неожиданным официальным признанием Рахата Алиева заказчиком убийства объясняет, почему слово «мудак» так популярно у начальства.
Свой путь в журналистике я начал в газете «Ленинская смена». Это был орган ЦК ЛКСМ Казахстана. Однажды комсомольскому начальству захотелось, чтобы в газете появился пропагандистский материал. Редактор дал мне задание: найти в ЦК какого-то завсектора и взять у него интервью. Но завсектору по какой-то причине не хотелось со мной говорить. Пришлось пойти к заместителю секретаря ЦК, который курировал газету. Зам по телефону очень энергично объяснил завсектору, какое интервью нужно дать. Положив трубку, он с чувством произнес: «Мудак!» - и отправил меня обратно к завсектору. В кабинете завсектора вновь состоялся телефонный разговор с замом. Завсектор, положив трубку, ровно с той же интонацией сказал:«Му..ак!». Так в один день я пообщался сразу с двумя мудаками из Центрального комитета ленинского коммунистического союза молодежи Казахстана. Кстати сказать, слово «мудак» было любимым термином партийно-хозяйственного актива тех лет, который обозначали свое отношение и к начальству, и к подчиненным.
В словаре пишут, что «мудак» - это глупый, бестолковый человек.
Есть еще одно значение - ничтожество.
Эта история с неожиданным официальным признанием Рахата Алиева заказчиком убийства объясняет, почему слово «мудак» так популярно у начальства.
Семь лет назад американцы проверили Рустама Ибрагимова на детекторе лжи. Результаты сообщили руководству страны. То есть министр внутренних дел, председатель Комитета национальной безопасности, Генеральный прокурор, председатель Верховного суда – все знали, что Ибрагимов указал на Рахата Алиева. Несмотря на это, все как один говорили, что главный заказчик – Ержан Утембаев и рассказывали, как тот взял кредит, чтобы отомстить за статью, в которой Алтынбек Сарсенбаев сообщил о пьянстве одного из заместителей главы администрации, даже не называя фамилии.
Он знали, но все равно продолжали гнуть линию партии – следствие было проведено грамотно, обвинение – безукоризненно, решение суда – абсолютно справедливо. И это несмотря на то, что родственники убитых просили рассказать о результатах проверки на детекторе лжи.
Теперь ситуация изменилась. Интересно, они чувствуют себя «мудаками»? В смысле – ничтожеством. Ведь достаточно нажать несколько клавиш и найти в интернете все интервью тех лет.
Вопрос, конечно, риторический, но спросить все равно нужно. Неужели личная репутация как мужчины, как ответственного человека ценится нашими начальниками гораздо ниже, чем карьера и личное благополучие? Не бывает же так, что ты побыл пять минут «мудаком», а потом снова – личность. Поему люди не думают, что обстоятельства всегда могут измениться, а вот репутация остается навсегда.
Именно по этой причине все наши беглецы, едва отбегут на безопасное расстояние, начинают поливать грязью страну и своих бывших коллег. Они же знают, что были «мудаками» и теперь судорожно отмывают свою репутацию. Но от этого отношение к ним становится только хуже.
Именно по этой причине мало кто верит в то, что говорят официальные лица. О чем был ни шла речь – об убийстве Сарсенбаева, самоубийстве Нуркадилова, программе индустриального развития, пенсионной реформе и модернизации коммунального хозяйства. Сначала говорят одно, но как только ситуация изменится, те же люди начинают говорить прямо противоположное, не меняя выражение лица.
И кто они после этого?
Когда комсомольцы употребляли слово «мудак» по отношению своим коллегам, они ясно понимали, кто они на самом деле есть.
В справочнике «Кто есть в Казахстане» полно комсомольцев.
Это я так, к слову…
