С чем связано "потеря" чувствительности курсов "нефтяных" валют к негативным флуктуациям Brent
Котировки Brent под давление избытка нефти на рынке приближаются к значению в 15 USD за баррель – нового исторического минимума c мая 1999 года. Однако любопытно, что курсы "нефтяных" валют к американскому доллару, несмотря на подобное падение цен на Brent, близки, но еще далеки от недавних максимумов, которые наблюдались при более высокой нефтяной цене, пишет экономист Олжас ТУЛЕУОВ в своем телеграм-канале @tengenomika.
Так, наибольшее обесценение норвежской кроны (NOK), канадского доллара (CAD), мексиканского песо (MXN), российского рубля (RUB) и казахстанского тенге (KZT) к американской валюте пришлось на период с 17 по 24 марта, когда котировки Brent упали до 25-27 USD за баррель. При этом, к началу марта рост USD к "нефтяным" валютам на тот момент составил от 8% (CAD) до 31% (MXN), а падение Brent было равно 44-52%.
Далее, к концу марта Brent снизился уже до 22-23 USD за баррель, но пропорциональной реакции "нефтяных" валют уже не последовало: их курсы или остались около прежних пиков (RUB, KZT, MXN), или даже немного укрепились (CAD, NOK).
В первой декаде апреля по мере того, как котировки Brent начала немного отыгрывать предыдущее падение, курсы "нефтяных" валют уже уверенно стабилизировались на 5-20%-ом значении от уровня к началу марта.
И теперь, когда Brent начал активно падать ниже 20 USD за баррель, курсы NOK, MXN, CAD, RUB, KZT вполне ожидаемо возобновили тренд к обесцениванию, однако их эластичность к динамике снижения нефтяных цен заметно стала уменьшаться.
Но с чем связано "потеря" чувствительности курсов "нефтяных" валют к негативным флуктуациям Brent?
Тут могут быть несколько причин. Для начала, центробанки Канады, Мексики, России, Норвегии и Казахстана могут тривиально защищать интервенциями текущие уровни курсов их валют. Однако их действия не могут быть настолько синхронными, что динамика всей пятерки "нефтяных" валют конвергируется к текущему единому тренду. Следовательно, помимо действий центробанков тут еще могут присутствовать более заякоренные и позитивные по сравнению с мартом ожидания участников рынка, когда шоковые процессы резко повысили степень неопределенности. Так, сейчас стали более ясными предстоящие масштабы и тренды касательно падения спроса и сокращения предложения на нефтяном рынке, также есть понимание обеспокоенности странами-нефтепроизводителями этой обстановкой – то, чего не было в марте.
Однако есть и другая версия, предполагающая, что при более затяжном и глубоком падении Brent курсы "нефтяных" валют могут по "принципу сжатой пружины" резко отреагировать обесценением, реализовав накопленный шок.
Добавим, что в разрезе "нефтяных" валют наиболее чувствительными к изменению котировок Brent остается мексиканский песо, наименее чувствительным – канадский доллар. Cхожую, но менее выраженную с мексиканским песо траекторию демонстрирует норвежская крона. При этом, динамика тенге максимально стремится следовать за трендом российского рубля, особенно это заметно начиная с 16 марта, когда Нацбанк Казахстана заявил о минимизации участия на валютном рынке.
Фото: Ⓒ Ratel.kz / Сергей Перхальский.
