Что ждёт лекарство от коронавируса?

3995 просмотров
0
Айдан КАРИБЖАНОВ
Четверг, 28 Мая 2020, 13:20

У фармацевтических компаний есть патентная защита на 20 лет. Без лицензии никто не может производить это лекарство в течение этого срока

Всё больше сообщений, что исследователи в разных странах мира приближаются к разработке эффективной вакцины или лекарства от коронавируса. Кажется, это вопрос времени. Правительства всячески этому помогают, где прямо деньгами, а где-то, расчищая "зелёный коридор" для испытаний. Возможно, что вскоре мы столкнёмся с интересной юридической коллизией.

Читайте также
Зуд инноваторства

Как выглядит финансовая сторона разработки нового лекарства? Сразу оговорюсь, что сильно упрощаю процесс, и речь идёт про настоящие новые препараты, а не про "пустышки-арбидолы". Существуют огромные фармацевтические компании, которых конспирологи называют Big Pharma. Они в числе мировых лидеров, стоят десятки миллиардов долларов, содержат лучших лоббистов, юристов и т. д. Но самое главное, что у них есть - ученые и исследователи. Эти высокооплачиваемые люди десятками лет могут создавать новый препарат, ставить эксперименты и т. д., причём с неочевидным результатом. Наконец, удалось создать эффективное лекарство, проведены испытания, получено разрешение на выпуск. Начинается производство, продажи, продвижение.

У компании есть патентная защита на 20 лет. Без лицензии никто не может производить это лекарство в течение этого срока. Известно из чего оно состоит, как его делать, в этом секретов нет, но нарушать защиту нельзя. Юристы достанут и штаны спустят. Таким образом, корпорация компенсирует свои многолетние расходы на исследования, в том числе и неудачные. Часто их обвиняют в извлечении сверхприбыли - отдельно компоненты немного стоят, а само лекарство дорого, получаются тысячи процентов прибыли. Но вот расходы на исследования посчитать забывают.

Читайте также
Нет хуже реформаторов, чем выходцы из социальных сетей

Через двадцать лет патентная защита истекает, препарат может делать кто угодно в мире, конечно обладающий для этого соответствующей технологией и оборудованием. Это уже производство дженериков, препаратов, которые не отличаются от оригинала по составу, патентная защита которого истекла. Считается, что это благо для развивающихся стран, расходы на здравоохранение значительно уменьшаются.

Теперь предположим, что удалось найти эффективное лекарство против коронавируса. Ситуация экстраординарная, двадцать лет ждать нельзя. Продавать лицензии на производство за большие деньги? Не все страны могут себе такое позволить, да и вопросы морали есть. Разрешить производить бесплатно? Где тогда приз победителю гонки? А если кто-то решит самостоятельно производить лекарство без разрешения, но под давлением своего правительства? Очень много вопросов, юридических и моральных возникнет. Надеюсь, что вскоре мы их сами увидим.

Впрочем, это уже будут приятные хлопоты.

Источник: страница Айдана Карибжанова в Facebook. Публикуется с разрешения автора.

Иллюстративное фото из открытых источников.

Депутат Курултая:
«Статус врача – это вопрос биологической и национальной безопасности»
ООН как зеркало раскола: почему главные договорённости всё чаще ищут за пределами Нью-Йорка
Доллар упал на 20%, депозиты дают до 20%: что сейчас делать с деньгами
Как изменился финансовый рынок Казахстана и почему высокие ставки заставляют пересмотреть привычную стратегию сбережений
Почему люди в Казахстане не верят в закон
Адвокат Асқат Сулубек о том, почему недоверие к закону часто связано с практикой его применения и зачем гражданам знать свои права
Скотч, камча и стигма: как страх перед психиатрией едва не стоил жизни молодой матери
Как отличить послеродовой психоз от депрессии и когда необходима срочная помощь – мнение специалиста
Что произошло в кабине Flydubai: мировые СМИ разбирают мотив пилота, едва не погубившего 174 пассажиров
Главное в мире
История без мифов: зачем Казахстану заново осмысливать свое прошлое
Политолог Максим Крамаренко о героях и культах, наследии Алаш, советском периоде и исторической памяти
Россия продлила запрет на экспорт дизеля: Казахстан вне ограничений
На фоне ограничений дизель резко дорожает в США и Европе
Совет Безопасности становится вторым стратегическим контуром Президента Токаева
Тандем Карин - Балаева в этой конфигурации один из центральных элементов новой политической архитектуры
«Мүсіндер» в Almaty Museum of Arts: как казахстанская скульптура рассказывает нашу историю
Скульптура – это то, обо что вы спотыкаетесь, когда отходите назад, чтобы рассмотреть картину
Китаист Алексей Маслов  о климате, ресурсах и новых правилах игры
Китай меняется - и соседям надо готовиться
Суд поставил точку в деле бывшего главного редактора Orda.kz Гульнар Бажкеновой
Миллионы через ИП и зарплаты наличными
Город будущего построят в Алатауском районе Алматы
Что увидели журналисты во время пресс-тура по району
Дубай после бума: стоит ли казахстанцам инвестировать в ОАЭ в 2026 году
Главное преимущество недвижимости – наличие реального актива
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай