«Гражданский активист поневоле» Павел Александров рассказал Ratel.kz, чем угрожает всем алматинцам ТЭЦ-2
На снимке: ТЭЦ-2 - как «Титаник», плывущий в океане смога...
Продолжение. См. начало: «Беспредел допустимой концентрации», «Рекордное враньё».
Нас готовят к тому, что ТЭЦ-2 на газ не переведут
- Вы называете ТЭЦ-2 в соцсетях «трубами Мордора». Видимо, их опасность понимает и президент, раз поручил в сентябре прошлого года акиму Алматы БАЙБЕКУ «принять меры по переводу электростанции на газ».
- У него наверняка есть помощники, которые читают социальные сети. А там очевидна большая обеспокоенность горожан, что нас здесь травят. И президент на эту обеспокоенность реагирует. Но беда в том, что недавно вышла статья на сайте vlast.kz, где представители «Самрук-Энерго» и других структур говорили, что перевод ТЭЦ-2 на газ – это очень сложно, дорого, технически невозможно. Думаю, нас таким образом готовят к тому, что этого не будет сделано.
- Кстати, в той статье называются три варианта минимизации ущерба от электростанции. Первый – переоборудование существующих восьми котлоагрегатов под сжигание газа. Второй вариант, комбинированный, – расширение мощностей ТЭЦ за счет газовых турбин. И, наконец, реконструкция золоулавливающих установок, с доведением выбросов до уровня евростандартов. То есть это будет сохранение «угольного статус-кво». Какой из вариантов, на ваш взгляд, предпочтительнее?
- Здесь масса нюансов. Казахстан добывает газа в 4 раза больше, чем потребляет. Но беда в том, что это уже не наш газ. Его добывают на нашей земле, но бенефициары месторождений – инвесторы из других стран. Это, думаю, одна из причин, почему проблема газификации стоит так остро.
Затем – очень сильно угольное лобби. Этот мусорный экибастузский уголь не нужен никому. Уголь с зольностью 40% нигде в мире даже не добывают. А наш нужно куда-то сбывать. Алматы потребляет каждый год 2,5 млн тонн – это же огромные деньги. (Как писал в феврале kursiv.kz, «по данным представителей крупнейших угольных компаний страны, занимающихся разработкой разрезов Богатырь, Восточный, Майкубенский, Шубаркольский, Каражыра, отпускные цены на уголь колеблются в пределах 2100-2500 тенге за тонну». В то же время «уголь разреза Богатырь потребителю-частнику реализуют по цене около 8 000 тенге, а майкубенский – 15000-18000 тенге за тонну». Даже если брать по самой нижней планке, 2,5 млн тонн стоят 6,25 млрд тенге, или почти $20 млн. – В. Б.)
Мы не можем выбирать воздух, которым дышим
- Я изучал опыт Норвегии. Они тоже жгут уголь, причем качественный, не мусор, как у нас. И там ТЭЦ работают с так называемым zero emission – нулевым выхлопом: кроме углекислого газа, электростанции ничего не генерируют. Но парадокс в том, что из-за очистных сооружений, которые полностью очищают выхлоп от всех загрязнителей, кроме СО2, себестоимость энергии получается огромной.
Даже в этой скандинавской стране, которая далеко обогнала Казахстан по уровню жизни, поговаривают, что очистка угольного дыма – слишком дорого. И я боюсь, что у нас тему свернут с газификации на очистные сооружения, потратят время и деньги, сделают плохо, а в итоге мы получим то, что имеем сейчас.
Газификация была бы однозначно выходом, потому что до Алматы протянута труба с запада Казахстана, к которой примыкает газопровод из Узбекистана.
- Голубого топлива мы добываем вчетверо больше, чем потребляем. А обе столицы до сих пор не газифицированы.
- В Астане другая проблема. Она столицей-то стала 20 лет назад. А до этого был заштатный Целиноград, и там не было газопровода. И в Караганде его нет. В этой зоне нет ничего, кроме угля. И провести туда газопровод было очень дорого и экономически нецелесообразно. Конечно, после того как Астана стала миллионным городом, экономический смысл появился. И в этом году столичные жители столкнулись с тем, что уровень загрязнения очень высокий – притом, что там степь и ветра.
Когда на несколько дней в году уровень смога в Астане повышается до критических отметок – весь интернет полон сообщениями об этом. А когда Алматы пять месяцев живет при таком уровне и даже выше – редкие-редкие публикации на эту тему.
Мы можем выбирать воду, еду, но не можем выбирать воздух, которым дышим.
Фото: Владимир ЗАИКИН.
