Если у человека с детства не наработан слух к тому или иному языку, то взрастить его без погружения в среду крайне сложно
Раскрою вам секрет, почему в нашей стране, как правило, казахи как минимум знают два языка, а неказахи - только один.
Секрет в степени развития восприятия казахского языка на слух.
Казахстанцы-неказахи, может быть, и предпринимают попытки выучить язык: периодически посещают языковые курсы, ходят в языковые клубы, читают книжки по грамматике, заучивают пословицы, поговорки, диалоговые фразы и тому подобное. Однако если у человека первично не наработан слух с детства к тому или иному языку, то взрастить его побочными вспомогательными способами без погружения в среду крайне сложно.
Обратите внимание на некогда русскоязычных казахов. Как только они начинают предпринимать попытки выучить язык, он у них пробуждается и начинает эволюционировать в геометрической прогрессии в считанные годы вплоть до условного совершенства. Главным условием при этом, повторюсь, будет являться первично сформированная способность воспринимать язык на слух, то есть различать отдельные звуки и слова в более или менее беглом потоке живой речи.
Казахи хоть и русскоязычны, но с детства окружены в той или иной степени языковой средой: у себя дома, а если и не дома, то в гостях, на мероприятиях, при поездке в аул к дедушке с бабушкой и так далее. Так казахи добирают аудио-часы. Такие люди по сути уже являются пассивными носителями языка - они добрали в детстве необходимые аудио-часы - только спичку потри о коробок, она и зажжется!
Со "слуховыми" нулевиками процесс может затянуться на целые десятилетия, а иногда и вплоть до сами знаете чего, ведь человеческий век относительно краток, к сожалению!
Чтобы не быть голословным, приведу пример языковой проблемы, с которой столкнулись местные корейцы, которые уже на уровне второго и третьего поколений начали сталкиваться с проблемой утраты языка.
Первое поколение - это наши дедушки и бабушки. Они поголовно были носителями корейского языка. Ведь их собственные родители, родившиеся и жившие до переселения на Дальнем Востоке, говорили с ними исключительно на родном языке.
Второе поколение - наши родители. Они все набрали те самые «аудио-часы» прослушивания. Они, может быть, и понимали язык, но говорить уже либо не хотели или не умели, либо стеснялись по причине того, что корейский уже в их русскоязычном сознании как бы считался деревенским языком колхозов и совхозов.
В итоге уже на уровне третьего поколения язык перестал быть понимаемым вообще. Это уровень нашего поколения.
Интересная с научной точки зрения вещь, которая и служит доказательством вышесказанного - это то, что когда наши корейцы второго и третьего поколений попадают в Южную Корею, то мои ровесники в язык, что называется, ни в зуб ногой, а поколение моих родителей быстро осваивается в среде даже без зазубривания грамматики, посещения языковых курсов или клубов.
Язык с кровью не передается. Научно доказано. Да и практика жизни тому свидетельство. Зная и понимая это, как студент медвуза, я был примерно в курсе мозговых процессов, которые должны быть задействованы при постижении языка. Я просто знал, что надо поднажать на слух через аудио и добрать часы прослушивания, которые необходимы для прорыва сквозь планку-границу между уровнямим носителя и неносителя того или иного языка.
Уже со студенческих лет я, абсолютный русскоязычный монолингв, не зная еще ни одного языка, в считанные годы (будучи первично технарем: химиком, физиком, биологом, математиком, но никак не литератором или языковедом) выучил подряд с точки абсолютного нуля три языка трех различных несоприкасающихся с друг другом языковых групп, и это без учета теоретической по большей части медицинской латыни, в которой я тоже преуспел на тот момент.
Предыдущим абзацем я нисколько не хотел возвеличить себя или похвастаться своими знаниями энциклопедиста. Так именуют людей, которые имеют глубокие познания в различных несмежных отраслях науки. Я лишь веду к тому, что выучить язык во взрослом возрасте - это не удел избранных или гениальных людей. Овладеть языком - это знать алгоритм последовательных путей для его изучения.
В случае моих учеников - это делать то, что я говорю. Самый главный успех - это погружение в среду, не живую даже, а искусственную через прослушивание аудиоматериала. Я погружен в языки одну треть своей жизни. То есть я постоянно в наушниках, что и рекомендую своим ученикам!
Прямо сейчас я пишу это, одновременно слушая на пассивном уровне как фоновую музыку какой-нибудь там японский или китайский язык. Мне для этого не надо ехать в эти страны. Главное - выучить их грамматику и погрузиться в несметное количество аудио. Слава богу, в гугле все можно найти и выкачать себе на телефон. Присоединил наушники - и ты уже в Китае или Японии.
В 2017-18 годах такой фоновой музыкой был для меня казахский язык. Поэтому по истечении года я начал расти в своем знании этого языка в геометрической прогрессии, даже будучи неказахстанцем, а человеком, который приехал в страну относительно недавно и который, таким образом, не имел ни малейшего жизненного казахоязычного слухового опыта, смог добиться больших успехов в изучении языка, чем многие казахстанцы за последние тридцать лет.
То есть в годичный период я наслушался казахского на пассивном уровне столько минут-часов-суток, сколько так и не прослушал среднестатистический русскоязычный казахстанец!
Я не умнее, я просто использую более эффективные механизмы, а люди, которые, изучая язык, пренебрегают наращиванием уровня восприятия языка на слух через многочасовую прослушку, лишь довольствуются рисованием грамматических схем и которые от раза к разу посещают различные курсы и клубы в надежде, что там, в черепной коробке, что-то утрамбуется со временем, занимаются, к сожалению, самообманом!
Источник: страница Владислава Тена в Facebook. Публикуется с разрешения автора.
Фото: facebook.com.
