![](https://imagesratel.kz/cdn/innermain/i/2024/July/05/579767b9f803bcf947a7245b3e55ba098530e819.jpg)
Занимательная история Казахстана от Андрея Михайлова
Имя Михаила Ефремовича ИОНОВА (1848 – 1924) вряд ли знакомо широкому кругу любителей истории в Казахстане. Между тем, этот незаурядный представитель своего времени достоин того, чтобы о нём вспомнить. Тем более, что он - военный губернатор Семиречья, наказной атаман местного казачьего войска - был похоронен в Алма-Ате. До конца оставаясь жителем полюбившегося ему города.
В тени Герасима Колпаковского
Именно при М. А. Ионове, город Верный, молодой областной центр Семиречья (уже переживший одно тотальное разрушение в 1887 году), украшался новыми зданиями, которые ныне считаются ценнейшими архитектурными памятниками Алматы (один Кафедральный собор чего стоит!). При нём начал формироваться первый в крае музей (куда он, кстати, передал часть своих охотничьих трофеев). Он же, сам охотник, впервые попытался ввести в крае цивилизованную охоту на степную и горную дичь с ограничениями по временам года.
Ионов возглавлял Семиречье с 1899 по 1908 годы и многие сравнивали этого любознательного и разностороннего боевого генерала с образцом наших губернаторов, знаменитым Герасимом Алексеевичем КОЛПАКОВСКИМ. Если учесть, что Михаил Ефремович был одним из эталонных (и заметных!) героев Большой Игры между Британией и Россией в Средней Азии, то сравнение это вполне правомерно. Русские офицеры той формации (“туркестанцы”), связавшие свою судьбу с этой исторической областью в глубинах Азии (ещё толком не нанесённых на географические карты!), непринуждённо меняли своё амплуа, в зависимости от обстоятельств - становясь, то воителями, то исследователями, то “устроителями”.
В Семиречье Ионов появился уже в блеске славы, добытой им отнюдь не на паркете высоких кабинетов Петербурга, а на высотах куда более достойных. Ведь по большому счёту, во многом именно ему Российская Империя была обязана приобретением и закреплением за собой легендарной “Крыши Мира” – заоблачного и загадочного Памира.
Большая Игра: козыри в рукавах джентльменов
…В конце XIX века в регионе Большого Туркестана назрели качественные политические изменения. Две мировые империи, Российская и Британская, доселе делавшие здешнюю политику чужими руками (в чём Англия традиционно преуспевала), впервые столкнулись тут лицом к лицу. И лица эти, представляющие две самые могущественные державы того времени, были весьма замечательны и вполне конкретны. Полковнику Михаилу Ионову противостоял капитан Френсис ЯНГХАСБЕНД (Юнгусбенд, Янгсбенд и пр. – фамилия весьма вольно трактовалась в русских переводах) - ещё один легендарный участник Большой Игры, прославившийся своим походом на Лхассу.
Капитан вышел из Кашгара, намереваясь прощупать силу русских на Памире, а полковник, уже выполнив аналогичную задачу, возвращался из разведывательного похода за Гиндукуш (по тылам!), “открывая” возможные пути из Русского Туркестана в Британскую Индию. Знаковая встреча двух “игроков” случилась на берегах Вахандарьи, посередине спорных территорий, на которые в те годы претендовали не только англичане и русские, но также имели виды афганцы и китайцы.
Несмотря на всю нелепость этого случайного столкновения двух враждебных экспедиций, затерянных в лабиринте неисследованных гор (столкновения, имевшего судьбоносные последствия!), участники повели себя вполне достойно. Выпили, закусили, поговорили о том - о сём и признались в дружеском расположении друг к другу (вполне искренне). После чего Ионов (от лица России) предложил Янгхазбенду (и в его лице всей Британии), незамедлительно очистить эту территорию.
Чем аргументировал? Новенькой картой, указывающей на то, что эта земля уже закреплена за Россией. Чем рассеял сомнения? Присутствием пары десятков отчаянных казаков своего конвоя.
Лукавая судьба Крыши Мира
Шум поднялся позже, когда весть о “столкновении” на Крыше Мира достигла ушей и умов на берегах Темзы. Гипертрофированные британские страхи за Индию, вылились в характерный для англосаксов взрыв общественного психоза. Тому, кто следит за состоянием медийно-политических жизни современного Лондона, всё происходившее тогда, полтора столетия назад, может показаться до боли родным. Тут и сообщение “Таймс” о “гибели Янгхазбенда” в стычке со злобными русскими. И призыв либерального пэра, лорда Росбери, начать крестовый поход против России, бессовестно захватившей “Гибралтар Гиндукуша”.
Зубовный скрежет достиг Санкт-Петербурга и заставил отреагировать. Тогдашняя Британия всё же была не ровня сегодняшней. Чтобы спустить пар в международных отношениях (в России тогда хватало проблем и без того) правительство возложило вину… на самого Ионова. Обвинив того в превышении полномочий при встрече с Янгхазбендом. Но это – в расчёте на зрителя. И оно не воспрепятствовало Александру Третьему “в кулуарах” облобызать памирского героя, подарить ему золотой перстень и… Произвести в генералы!
Я, конечно, несколько упрощаю и сокращаю всю эту захватывающую историю с захватом Памира, однако, хочу акцентировать внимание, что именно благодаря действию Михаила Ионова в 1891-95 годах, границы в регионе установились совсем не так, как это мечталось Лондону. Любопытно, что именно тогда, в конечном итоге, определились нынешние границы двух суверенных государств, возникших на обломках Империи и Союза, и владеющих Памиром – Таджикистана и Киргизии.
Покрасневший генерал
…Стареющий генерал не воспротивился Революции. В отличие от его сына Александра, последовательного участника Белого движения и военного историка, умершего в США в 1950-м году. Правда - другой его сын, по некоторым данным, боролся с басмачами и даже освобождал кишлак Душанбе.
Существует даже версия, что именно Михаил Ефремович Ионов, в качестве теневого советника стоял за “военным гением” Михаила Васильевича ФРУНЗЕ. Но более достоверный вариант - тихая старость (насколько тихо позволяло время), проведённая в Верном-Алма-Ате, где бывший генерал-губернатор в последние годы жизни служил скромным клерком в архиве. Где и умер благополучно (своей смертью) - в 1924 году.
Правда универсальный справочник Александра ЛУХТАНОВА “Город Верный и Семиреченская область” всё же приводит две сюжета его кончины – прозаический и героический:
“Скончался в 1924 году и был похоронен с воинскими почестями под залпы из винтовок. (По другой версии убит в 1920 году под китайской Кульджой.)”
Однако обнаруженный рукописный некролог (возможно – надгробное слово), начинался так:
“16 января текущего года в г. Алма-ата от паралича сердца скончался на 78 году жизни Михаил Ефремович Ионов, бывший командующий войсками Семиреченской (ныне Джетысуйской) области.”
В Санкт-Петербурге проживает Наталья Дмитриевна КАРЕЕВА, правнучка генерала. Вот, что она отметила по поводу некролога:
“По моему убеждению, написать все это мог кто-то очень близкий Ионову, м.б., родственник, даже если в конечном итоге некролог и был подписан чьей-то фамилией… Почерк - очень похож на почерк моей бабушки, но вряд ли она это написала. Я считала, что ее и не было в Верном в это время, она с ребенком (моей маленькой мамой) уехала в Москву. Но тут, кто знает, речь может идти о днях. Сегодня здесь, а завтра - отправилась в путь...
В нашей семье от старых времен сохранились лишь отдельные документы, те, которые в определенные годы не могли вызвать особенных вопросов и нареканий. Например, свидетельство об обучении в Швейцарии моей прабабушки. (Ну училась- и училась, что ж поделаешь, в то время советских школ еще не существовало...).
Во всяком случае, ОЧЕНЬ интересный документ…”
Утраченная память, потерянная могила
В таком случае возникает законный вопрос о месте захоронения славного генерала, завоевавшего Памир. С ним я обратился прямиком… В Берлин! К старому приятелю Владимиру ПРОСКУРИНУ, замечательному знатоку семиреченского прошлого. Из Берлина незамедлительно пришёл уникальный снимок и следующее разъяснение:
“Семья Ионовых жила в доме по ул. Ленина, за пивным заводом, над рекой Алматинкой. После конфискации имущества под санаторий НКВД все исчезло, унеслось во времени. На фото, в ионовских пенатах, похороны М.Е. Ионова (у. 16 янв. 1924 г.). Ныне покойный фотограф Олег Ионов, рассказывал, что потомки посадили два дуба, на месте могил.”
В том, что дубы на могиле сохранились, Проскурин сомневается. Чего уж говорить о самой могиле?
А вот, что писала мне Наталья Кареева (которая, кстати, высказывала своё сомнение в родстве с Олегом Ионовым), по поводу своей последней поездки в Алматы, в 2011 году:
“Нас отвезли на машине к бывш. санаторию МВД, где скрыты могилы М. Е. Ионова и О. Д. Ионовой. Предполагаемое расположение могил мы рассматривали с внешней стороны забора. Там очень приметный коттедж, который служит ориентиром. А войти туда мы не решились, не зная броду. Если было бы время - зашли бы. Позже мои знакомые, служившие на Памире, с военной прямотой зашли в этот санаторий и по моему описанию нашли это место. Могил, конечно, как таковых нет, но место, похоже, то самое.”
С любезного разрешения Натальи Дмитриевны помещаю тут фото из её архива – на которых запечатлены скромные похороны её прадеда, генерала Ионова.
Андрей Михайлов - писатель, автор серии книг "Как мы жили в СССР".
ПОДЕЛИТЬСЯ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУДИТЬ СТАТЬЮ ВЫ МОЖЕТЕ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!