Как превратить масштабное обновление инфраструктуры в источник новых технологий, производств и долгосрочного экономического роста
28 октября Президент Касым-Жомарт Токаев в Послании народу Казахстана объявил о масштабной модернизации инфраструктуры страны. До конца 2029 года на эти цели планируется выделить около 6,5 трлн тенге из Национального фонда.
Речь идёт о строительстве и обновлении дорог, инженерных сетей, больниц, школ, спортивных и культурных объектов. Только на первом этапе предусмотрено около 70 объектов здравоохранения и 50 объектов образования, спорта и культуры. Масштабная и необходимая инициатива. Особенно для регионов, где люди годами сталкиваются с проблемами водоснабжения, электричества и доступности социальных услуг.
Но мне кажется важным обсудить ещё один вопрос: как сделать так, чтобы после завершения строительного бума Казахстан получил не только новые объекты, но и новые источники экономического развития?
Ведь строительство — это не просто расходы. Это огромный спрос, который государство создаёт для экономики. И от того, как мы им распорядимся, зависит результат на десятилетия.
Почему строительный бум может изменить экономику?
Представим строительство новой больницы. Для неё нужны бетон, металл, инженерные системы, медицинское оборудование, транспорт, специалисты. Производители получают заказы, предприятия нанимают сотрудников, люди получают зарплаты, государство — налоги.
Один объект запускает целую цепочку экономической активности. Но есть нюанс.
Если большая часть сложного оборудования и технологий закупается за рубежом, значительная часть этого спроса поддерживает зарубежных производителей. Если же параллельно развиваются казахстанские предприятия, инженеры и технологии, экономический эффект остаётся в стране значительно дольше.
Мировая практика показывает разные результаты. Япония и Южная Корея развивали инфраструктуру вместе с промышленностью. Китай получил огромные инфраструктурные мощности, но одновременно столкнулся с проблемами долгов и недостаточной загрузки части объектов. Испания пережила строительный бум, за которым последовал тяжёлый кризис недвижимости и кредитования.
Конечно, причины экономических успехов и кризисов гораздо шире одного строительства. Но общий урок понятен: важно не только сколько денег вложено, но и какую долгосрочную ценность эти деньги создали.
Поэтому я предлагаю обратить внимание на несколько направлений, которые способны усилить эффект «Народной стройки».
1. Строить для казахстанца будущего, а не только сегодняшнего
Объекты, которые мы построим сейчас, будут служить людям через и через год, и через 50 лет. Но будут ли эти люди жить так же, как мы?
Уже сегодня искусственный интеллект меняет образование, медицину, транспорт и рынок труда. Меняются требования к доступности городской среды, мобильности, энергоэффективности и цифровым услугам.
В современном мире в условиях турбулентности мы не можем себе позволить расходовать ограниченные ресурсы на одни и те же задачи. Мир так стремительно меняется, что запас прочности должен увеличиваться с каждым принятым решением.
Например, школа будущего — это не просто здание с определённым количеством классов. Это пространство, которое должно адаптироваться к новым способам обучения, технологиям и потребностям разных детей.
А инженерные сети должны быть рассчитаны не только на сегодняшнее население, но и на возможный рост районов, изменение климата и потребления ресурсов.
Поэтому при планировании крупных объектов полезно задавать вопрос: насколько легко будет модернизировать эту инфраструктуру, когда изменятся технологии и образ жизни людей?
Мы не можем предсказать будущее с абсолютной точностью. Но можем предусмотреть несколько сценариев и не строить объекты, которые морально устареют раньше, чем физически.
2. Превращать инфраструктурные проблемы в задачи для науки
Возьмём знакомый мне пример — село Бесагаш Алматинской области. Жители годами сталкиваются с летними перебоями водоснабжения и нестабильной подачей электричества. Перепады напряжения могут повреждать бытовую технику, а её ремонт или замена — дополнительные расходы для семей.
Разумеется, устранение подобных проблем — прежде всего задача ответственных коммунальных служб. И далеко не везде нужны новые изобретения: иногда достаточно качественной модернизации существующих сетей.
Но почему бы часть сложных инфраструктурных задач не сделать доступной для отечественных университетов, инженеров и исследователей?
Представим открытый реестр региональных задач. В нём акиматы и коммунальные предприятия размещают техническую информацию о проблемах, которые требуют дополнительного исследования или новых решений.
Университеты получают возможность выбирать реальные темы для прикладных работ. Молодые учёные и студенты — доступ к данным, лабораториям, грантам и площадкам для испытаний.
Так вместо абстрактного задания появляется конкретный запрос: например, разработать доступную систему раннего обнаружения утечек воды или мониторинга перепадов напряжения. Это полезно и для регионов, и для науки.
Но здесь есть ещё один важный момент. Открыто признавать проблему — не значит признавать некомпетентность.
Сегодня публичное обсуждение инфраструктурных недостатков нередко быстро превращается в информационный негатив. В результате усилия могут уходить на защиту репутации, а не на поиск решений.
Открытый реестр должен стать не доской жалоб, а инструментом развития. И оценивать работу государственных структур стоит в том числе по качеству диагностики, скорости устранения проблем и достигнутым результатам.
3. Помогать разработкам превращаться в казахстанский бизнес
Предположим, молодая исследовательская команда создала технологию, которая позволяет снизить потери воды или повысить надёжность электроснабжения. Что дальше?
Разработка может остаться научной публикацией. А может стать основой нового казахстанского предприятия.
Для второго сценария необходимо подключать бизнес ещё на этапе разработки. Предприниматели могут помочь рассчитать себестоимость, оценить спрос, организовать производство, пройти сертификацию и найти первых заказчиков.
Так государственная инфраструктурная задача создаёт не только научный результат, но и новую компанию, рабочие места и отечественную продукцию.
Проблема → Исследование → Разработка → Пилот → Производство → Первые заказы → Масштабирование.
Это один из практических путей коммерциализации науки.
И здесь необходимо предусмотреть защиту интеллектуальной собственности. Молодой исследователь должен понимать, кому принадлежат права на созданную технологию, как оформляется патент, кто вправе использовать разработку и как распределяется доход.
Особенно важно защищать небольшие команды при взаимодействии с крупными заказчиками и инвесторами.
Государству стоит обеспечить доступную патентную и юридическую поддержку, прозрачные договоры, эффективную защиту прав и понятные условия использования разработок, созданных с государственным финансированием.
Человек должен иметь возможность не только придумать решение, но и сохранить права на результат своего труда, создать на его основе бизнес и получить заслуженный доход.
4. Объединять государство, науку, бизнес и общество в одну рабочую систему
У каждого участника уже есть своя роль и свои возможности. Вопрос в том, как связать их в последовательный процесс.
Акиматы и коммунальные предприятия знают инфраструктуру и её технические ограничения. Университеты располагают научными кадрами и исследовательскими возможностями. Бизнес понимает, как превратить разработку в продукт, организовать производство и вывести его на рынок. Общественные организации и жители помогают определить реальные потребности населения и оценить, изменилось ли качество жизни.
Предлагаю рассмотреть единый механизм взаимодействия этих участников в рамках крупных инфраструктурных программ.
Не обязательно создавать новое ведомство или очередной совет. Гораздо важнее установить понятные правила: кто формирует задачи, кто финансирует исследования, где проходят испытания, как защищаются права разработчиков и каким образом успешные решения получают доступ к рынку.
При этом участие бизнеса должно быть конкурентным, а государственные закупки — прозрачными. Такая система позволит не просто строить объекты, но и постепенно формировать вокруг них местные производственные и научные экосистемы.
5. Измерять не только построенные объекты, но и изменения в жизни людей
Это, пожалуй, один из самых важных вопросов.
Мы привыкли оценивать строительство по количеству введённых объектов, освоенному бюджету и соблюдению сроков. Но построенная водопроводная сеть — ещё не конечный социальный результат.
Результат — когда у людей действительно появилась стабильная вода.
Построенная больница — это инфраструктура. А сокращение времени ожидания медицинской помощи, улучшение её доступности и качества — то, ради чего она создавалась.
Поэтому предлагаю дополнить привычную отчётность публичным цифровым паспортом крупных инфраструктурных проектов.
В нём должны отражаться не только стоимость и сроки, но и доля отечественной продукции, участие местных предприятий, новые рабочие места, использование научных разработок, расходы на эксплуатацию и ожидаемый социальный эффект.
Причём показатели важно определить до начала строительства, а затем сравнивать прогнозы с реальными результатами.
Например, если строится система водоснабжения, можно измерять, сколько часов в год жители оставались без воды до модернизации и сколько — после неё.
Если строится дорога — как изменились время поездки, аварийность и транспортная доступность.
Если школа — насколько сократилось расстояние до места обучения и улучшились условия для детей.
А через пять или десять лет стоит возвращаться к этим данным и проверять, сохранился ли эффект. Это позволит оценивать не просто факт завершения строительства, а реальную отдачу государственных инвестиций.
Шесть вопросов, которые стоит задавать о каждом крупном проекте
Чтобы всё перечисленное не осталось набором пожеланий, предлагаю простой стратегический чек-лист.
1) Будущее. Будет ли объект соответствовать потребностям населения через 20–50 лет? Можно ли будет его модернизировать?
2) Экономика. Какая часть инвестиций создаст добавленную стоимость в Казахстане? Какие возможности получат местные предприятия?
3) Наука. Какие исследовательские задачи, отечественные технологии и новые компетенции появятся благодаря проекту?
4) Предпринимательство и интеллектуальная собственность. Смогут ли разработки превратиться в новые производства? Защищены ли права их создателей?
5) Социальный эффект. Как конкретно улучшится жизнь людей и какими показателями это будет подтверждено?
6) Долгосрочная устойчивость. Сколько будет стоить содержание объекта, каковы финансовые риски и какую пользу он принесёт через 5, 10 и 20 лет?
Эти вопросы не заменяют существующие строительные нормы, финансовую экспертизу и государственный контроль. Они помогают увидеть результат шире — от отдельного объекта до развития всей экономики.
Что в итоге?
В Послании Президент отдельно подчеркнул важность экономической и социальной отдачи инвестиций, развития отечественного производства и участия малого и среднего бизнеса. Именно эти направления можно усилить практическим взаимодействием государства, науки, предпринимателей и общества. Ведь у строительного бума есть два возможных результата.
Первый — мы построили необходимые объекты, обеспечили временную занятость, потратили средства и перешли к следующей программе.
Второй — вместе с объектами появились новые казахстанские предприятия, технологии, инженеры, научные разработки и рабочие места. Инфраструктура стала надёжнее, качество жизни выросло, а экономика получила возможности развиваться дальше.
Разница между этими сценариями — в том, что мы закладываем в программу уже сегодня.
«Народная стройка» может стать не только крупнейшим обновлением инфраструктуры, но и возможностью выстроить более тесную связь между государственными инвестициями, наукой и реальным сектором экономики.
И главный критерий успеха — не только то, сколько объектов мы передадим будущим поколениям, но и какие возможности для развития Казахстана оставим вместе с ними.
Об авторе:
Алия Ахмеджанова - меценат, общественный деятель, Президент ОФ «Nomads Shanyraq», профессор-практик Мета Университета.
