Карабасы-барабасы

9595 просмотров
0
Маргулан СЕЙСЕМБАЙ
Вторник, 26 Апр 2016, 20:33

Кому выгодно, чтобы иностранцы брали землю в аренду

Как вы знаете, я активно занимаюсь сельским хозяйством, поэтому проблему земель знаю не понаслышке. Для того чтобы понять, кто инициировал внесение поправок в Земельный кодекс с целью разрешения иностранцам брать землю в аренду на 25 лет, нужно понять, кому это выгодно. Выгодополучателей много, я приоткрою только ту часть картинки, которую хорошо узнал в процессе занятия сельским хозяйством в Алматинской области.

Все вы знаете, что основные большие, плодородные и орошаемые земли в Казахстане, принадлежат различным “большим” людям со связями. Поездите по районам и вам местные жители расскажут, какому “карабасу-барабасу” принадлежит та или иная земля.

Что печально, большинство этих земель не обрабатывается. Для борьбы с такими “латифундистами” государство поднимает налог на землю, но он больше бьет по простому крестьянину, потому что “карабасы-барабасы” успешно откупаются, заплатив копеечный для них налог. В последние годы, они начали отдавать земли в аренду узбекам, корейцам и прочим людям, которые умеют что-то делать на земле, и благодаря ним, они выплачивают земельный налог.

Особо хитрые латифундисты начали засевать поля как попало и чем попало. Далее оформляют посевы как нормальные и получают за это еще и субсидии от государства. Сам много раз видел такие поля. Они держат эти земли в спекулятивных целях, чтобы потом перепродать дороже либо думают, что таким образом обеспечивают будущее своих детей.

Это очень большая проблема. С того времени как занялся сельским хозяйством, даже я со своими возможностями и деньгами не могу найти хороших 1000 га земель, хотя, по моим подсчетам через Googlemap, только в Талгарском и Енбекшиказахском районах более 75 тыс. га пригодных для садоводства земель. Из всех этих земель реально обрабатывается и используется по назначению максимум 40%.

А представляете, какова проблема в масштабах всего Казахстана!

Я понимаю государство, которое хочет, чтобы все земли обрабатывались и использовались. Но, приняв эту поправку в Земельный кодекс, государство даст таким “карабасам-барабасам” только новые возможности зарабатывать, ничего не делая.

Если государство хочет вовлечь в оборот земли сельхозназначения, нужно не иностранцев привлекать, а бороться с такими “карабасами-барабасами” путем жесткого требования использования земель через различные дестимулирующие механизмы. Иначе мы просто приводим покупателей и арендаторов для этих “карабасов-барабасов”. Они спокойно отдадут землю в аренду китайцам, будут зарабатывать на хорошей наличной арендной плате. Китайцы, в свою очередь, чтобы отбить арендную плату, особо о земле заботиться не будут, будут использовать последние “достижения” химической промышленности.

В результате мы делаем плохо плодородию земли, мы делаем плохо государству, мы делаем плохо здоровью населения, мы не даем возможности заниматься сельским хозяйством своим бизнесменам. Мы делаем хорошо только “карабасам-барабасам”.

Корень проблемы не в том, что мы не используем земли сельхозназначения, а в том, что она расхапана “карбасами-барабасами”. Она вроде есть, а попробуй заняться сельским хозяйством – земли-то нет.

Пока мы не решим эту проблему, мы будем оставаться страной «буратин», на которой наживаются только “карабасы-барабасы”.

Источник: страница автора в Facebook

Депутат Курултая:
«Статус врача – это вопрос биологической и национальной безопасности»
Токаев и новая геометрия Казахстана: Берлин, средняя держава, Совбез и общественный контроль
Виталий Колточник - о внешней политике Казахстана, новом Совбезе и перестройке государства
ООН как зеркало раскола: почему главные договорённости всё чаще ищут за пределами Нью-Йорка
После землетрясения в Алматы: почему нельзя покупать и продавать недвижимость на эмоциях
Как страх меняет спрос на квартиры и дома, влияет на цену сделки и может стоить собственнику или покупателю миллионов тенге
Почему люди в Казахстане не верят в закон
Адвокат Асқат Сулубек о том, почему недоверие к закону часто связано с практикой его применения и зачем гражданам знать свои права
Скотч, камча и стигма: как страх перед психиатрией едва не стоил жизни молодой матери
Как отличить послеродовой психоз от депрессии и когда необходима срочная помощь – мнение специалиста
Нобелевская премия за новую возможность лечения Паркинсона, эпилепсии и восстановления зрения
Оптогенетика позволяет управлять активностью нервных клеток с помощью света
Битва за Баб-эль-Мандеб, уличные протесты и досрочные выборы
Главное в мире
Совет Безопасности становится вторым стратегическим контуром Президента Токаева
Тандем Карин - Балаева в этой конфигурации один из центральных элементов новой политической архитектуры
«Мүсіндер» в Almaty Museum of Arts: как казахстанская скульптура рассказывает нашу историю
Скульптура – это то, обо что вы спотыкаетесь, когда отходите назад, чтобы рассмотреть картину
Китаист Алексей Маслов  о климате, ресурсах и новых правилах игры
Китай меняется - и соседям надо готовиться
Каждый пятый ребёнок в опрошенных семьях Ливана ложится спать голодным
UNICEF: война и многолетний экономический кризис лишают детей еды, лечения и образования
Город будущего построят в Алатауском районе Алматы
Что увидели журналисты во время пресс-тура по району
Дубай после бума: стоит ли казахстанцам инвестировать в ОАЭ в 2026 году
Главное преимущество недвижимости – наличие реального актива
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай