1991 год. Байконур. Амбициозный "Буран" ещё мог взлететь, но уже был обречён

Фоторепортажи из прошлого от Андрея Михайлова

К этому можно относиться по разному, но Казахстан в советскую эпоху являлся уникальным технологическим полигоном, на котором вносилась весомая лепта в те проекты, которыми СССР гордился и хвалился. Чего стоит одна только космическая программа, немыслимая без космодрома Байконур.

Началом славной истории советской космонавтики был триумфальный старт первого спутника и первого космонавта. Финалом можно считать амбициозный проект "Энергия-Буран" - испытание тяжёлого носителя и многоразового советского космического челнока, на котором можно было легко добраться до Луны.  Надо признать, что финал этот, по своей сути, был не менее ярким, чем старт - "Буран" мог ознаменовать собой новую веху в пилотируемой космонавтике. Но ознаменовал одну из самых драматичных страниц в её истории.

В 1991 году, в момент крушения СССР,  мне довелось повидать погибающее величие космической державы воочию. В то время программа "Энергия-Буран" официально всё ещё существовала, технически корабль ещё мог взлететь и летать. И хотя все вокруг понимали трагическую обречённость проекта, многие в душе продолжали надеяться, что корабль всё-таки полетит.  А что ещё оставалось людям, десятилетиями вкладывавшим труд и душу в его полёт?

Начать регулярные пуски отечественного ракетоплана в Советском Союзе планировалось ещё в 1983 году. В год их дол­жно было быть по шесть. Но единственный полёт состоялся 15 ноября 1988-го. В автоматическом режиме (что было недосягаемо для американских "шаттлов") советский челнок стартовал с помощью носителя "Энергия" со специально оборудованного стартового комплекса на Байконуре, сделал пару витков вокруг Земли и приземлился на специально оборудованном аэропорте в Ленинске.

Мне удалось повидать и даже пощупать чудо космической техники классического периода земной космонавтики. В гран­диозном цехе МИКа – монтажно-испытательного комплекса. Грозный колосс подсле­повато разглядывал любопытствующих мурашей тёмными за­шторенными стёклами окон каби­ны. Этот "Буран" должен был отправиться в космический рейс в следующем, 1992 году. В беспилотном варианте.

Фантастически выглядел и "Бурановский старт". Циклопическое сооружение из мас­сивного металла, размеры которого подчёркивались безлюдьем, уже пробивавшимися сквозь бетон стеблями полыни и свистом ветра в ажурных фермах. Кар­тинка была постапокалиптическая. Воображение дорисовывало, как последние жите­ли оставленной планеты сели на корабль и навсегда покинули  Землю.

Трудно было представить атмосферу, царившую тут во время запуска. Три дня шла одна заправка! Топливо для "Энергии", и это важно, использовалось экологически чистое – никакого гептила. В момент зажига­ния в забетонированные ямы, куда устремлялось пламя, начиналась подача воды из специальных труб - для охлаждения и поглощения выбросов. За секунды огромные резервуары заполнялись до краёв. Ракета уходила вверх, а стартовый стол оставался почти целым.

"Буран" - триумфатор, побывавший в космосе, был разрушен при разрушении МИКа в 2002 году. А тот, к которому довелось прикоснуться мне, говорят, достался при разделе космодрома Казахстану и мирно догнивает на том же самом месте. Временами, когда кому-то нужно, возбуждая информационное пространство нелепыми деяниями и запоздалыми разборками.