Что общего между паразитами и оппозицией?

8803 просмотров
0
Марат АСИПОВ
Вторник, 26 Мая 2015, 16:06

Политическая стерильность как угроза обществу

Одна из причин аллергии – стерильность нашего бытия, которую обеспечивает обилие моющих средств. Люди избавились от вредных организмов, но иммунитет стал реагировать на пыльцу растений, шерсть животных и прочие раздражители, делая жизнь невыносимой. Можно даже умереть от невинных орешков, приправы или обезболивающего укола.

Вот уже несколько лет оппозиция в Казахстане перестала существовать. Последние ее представители покинули страну, а единственный лидер оппозиционной партии отбывает наказание в местах лишения свободы. Официальное инакомыслие перестало существовать, и результаты последних выборов тому яркое подтверждение.

Теперь мы живем слухами о тайных собраниях тех или иных представителей элиты, судебные процессы по коррупционным делам обязательно сопровождаются рассуждениями из серии «кто заказал Ахметова, кому перешел дорогу Джуламанов» и т.д. Политика стала уделом избранных, и только благодаря обнародованной недавно переписке политологов из сферы обслуживания мы можем узнать о каких-то политических процессах. При этом утечка информации в публичное поле – тоже часть политической игры.

Общество стало стерильным. Несмотря на низкое качество жизни, глупость местных властей, коррупцию, высокую безработицу и перманентный рост цен, системного недовольства как бы не существует. Всех все устраивает.

Но это не значит, что мы построили идеальное государство, в котором гражданину комфортно жить. В нашей редакционной почте немало историй, свидетельствующих об обратном.

Вот, к примеру, учительница из Южного Казахстана сообщала во все инстанции о безобразиях в школе: торговля аттестатами, родственники директора оккупировали все хлебные места, дети не ходят в школу, но получают отметки и табели, аморалка, поборы, мертвые души – в общем, целый букет нарушений. Какие-то факты были подтверждены прокуратурой, но все равно мятежная учительница лишилась работы, получила «волчий билет», который не позволяет ей вообще куда-то устроиться, и даже ее машину сожгли.

Начальник замуровывает двери кафе, чтобы наказать предпринимательницу.

Где-то на глазах у полицейского парня избивают до бессознательного состояния и комы. Родные начинают безрезультатно искать правду.

Семья лишается жилья, потому что его выкупают под госнужды за копейки. Пройдя все инстанции, люди пишут в СМИ, хотя журналисты не могут заменить собой суд и прокуратуру.

Таких историй по стране – вагон и маленькая тележка.

Получается парадокс: поводов для беспокойства у граждан более, чем достаточно, а действующие институты власти не то чтобы не справляются с потоком жалоб - они уже не в состоянии решить все вопросы системным образом. Другими словами, если повезет, попадется хороший прокурор или порядочный судья, вопрос будет решен. Если не повезет – можно годами вести переписку и обивать пороги редакций. Один человек за пять лет собрал под центнер бумаг и стал героем 99 публикаций, но так и не добился решения своей проблемы.

Существующая система не отличается высокой эффективностью. Вероятность успеха с каждым разом снижается, а угроза лишиться работы, бизнеса и даже свободы за то, что пожаловался на самодурствующее начальство, вполне реальна. И можно было бы с этим как-то жить, но штука в том, что индивидуальная борьба за свои права зачастую оканчивается поражением гражданина. При этом партии, способной объединить людей в борьбе за гражданские права, не существует. И руку к этому приложили чиновники, во имя стабильности закатавшие в асфальт все ростки гражданского общества.

Но, подавив оппозицию, власти лишили себя обратной связи с реальностью. Почему, к примеру, борьба с коррупцией не приносит результатов? Да, сажают, но это, скорее, проявление коррупционных сведений счетов, расправа с конкурентами под предлогом борьбы с мздоимством. Между тем у любой коррупции есть фамилия и должность. В любом населенном пункте граждане четко знают, кому и сколько нужно платить мимо кассы, чтобы решить свои вопросы неформальным способом. Но у граждан нет надежды на защиту и гарантий, что обращение к властям не будет рассматриваться тем самым коррумпированным чиновником, на которого и написана жалоба, борьба с коррупцией лишена всякого смысла.

Вот как теперь быть? Даже не гражданам, а властям, которые сейчас пытаются воссоздать некое подобие гражданского общества, которое в той или иное мере следило бы за продвижением объявленных институциональных реформ? Ведь никто же всерьез не думает, что какие-то блогеры будут следить за их реализацией программы, сообщать куда следует о пропавших миллиардах и тем самым предотвратят провалы. Кстати, в самой программе предусмотрено выделение средств на ее рекламу и продвижение. Плохо себе представляю, чтобы в рамках госзаказа критиковали заказчика… В Павлодаре огородили кусок степи, чтобы построить специальную экономическую зону. Зона есть, а предпринимателей в ней - раз-два и обчелся. Таких зон по стране – в каждой области. В Караганде простаивает запущенный с помпой авиазавод. Власти строят СЭЗ, какие-то предприятия, возводят социальные объекты, расширяют инфраструктуру, но все это не дает запланированного результата. Половина объектов не работает, или работает не в полную силу, то есть деньги потрачены зря. На мой взгляд, это повсеместно происходит из-за глобального отрыва государства от людей.

В свое время китайцы, чтобы добиться промышленного скачка, заставили всю страну строить доменные печи. Металла получилось много, но он никуда не годился. Это такой пример, показывающий, куда приводит отрыв от реальности. У нас доменные печи во дворах не строят, но посмертных памятников программе форсированного индустриально-инновационного развития тоже хватает…

Власти добились, чего хотели. Никто не критикует, безответственность становится нормой. Общество теряет иммунитет - в том смысле, что пропадают механизмы, предотвращающие катастрофы, аварии и социальные потрясения. Пока мы с этим справляемся, но надолго ли нас хватит? Кто думал, что вполне себе стабильные ближневосточные государства погрузятся в хаос гражданской войны? Там ведь тоже было все стерильно.

Один из методов лечения аллергии – подсаживать пациенту паразитов, всяких гельминтов и глистов. Иммунитет начинает адекватно реагировать на внешние вызовы и угрозы, справляясь с ними без мучительных отеков носоглотки, астмы и кожного зуда. Звучит дико, но коль скоро в нашей стране слова «оппозиционер» и «паразит» являются синонимами, может, стоит попробовать этот способ, чтобы избежать анафилактического шока с летальным исходом?

 

- зампредседателя Комитета торговли МТИ РК
- В соответствии с действующим законодательством максимальная торговая надбавка на социально значимые продовольственные товары не должна превышать 15 процентов.
Как настоящее ремесло может вернуть себе рынок?
Новый Евразийский совет открывает глобальные площадки для настоящих мастеров
Ормуз снова горит: один снаряд у Катара - и мир снова считает цену нефти
Даже небольшой удар по судну у берегов Катара вновь напомнил миру, насколько хрупкой остается безопасность главного энергетического маршрута планеты
Десятки обманутых: как продавали несуществующие квартиры в Алматы
Попцов получил 10 лет, но потерпевшие требуют привлечь Асель Садыкову
Мурат Абдушукуров: Высшая форма патриотизма – посвятить жизнь служению Родине
Во время Кантара ветераны Афганистана и локальных конфликтов организовали охрану больниц и патрулирование в Алматы
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай