В Павлодаре при загадочных обстоятельствах выпала из окна молодая учительница, а теперь кто-то до смерти избил ее мужа
Красавицу Лилю "колючие" старшеклассники павлодарского лицея для одаренных детей уважали, несмотря на то, что она в свои 24 года выглядела моложе некоторых из них.
- Она была не только школьным психологом, к которому можно было обратиться за реальной поддержкой, но и вела самопознание, - рассказывают десятиклассники из физмат класса. - Единственная из всех, кто у нас когда-либо вел этот странный предмет, Лиля рассказывала нам о профориентации, давала действительно нужные знания, а не ограничивалась тупым чтением учебника. А еще была очень доброжелательная, улыбчивая, красивая.
11 ноября прошлого года, в 19 часов 6 минут, возвращаясь из школы, Лилия МЕЛЬНИК зашла в подъезд своего дома, где они с мужем Марком жили на первом этаже. А затем вышедший покурить сосед увидел ее тело под окнами подъезда. С какого этажа упала девушка, полиция не установила по сей день, хотя, наверное, это можно было выяснить, просто сняв с подъездных окон отпечатки пальцев. Уголовное дело было заведено по статье "Доведение до самоубийства". Родители девушки возмущались, что меняющиеся следователи не хотят расследовать трагедию. Спрашивали – кто удалил с ее телефона последний разговор, случившийся в 18.54, то есть за 12 минут до падения, который засняла камера видеонаблюдения. Просили восстановить этот разговор. Пытались выяснить – как этот сотовый в 22.15 оказался у мужа погибшей, если он заявлял, что Лиля домой с работы не заходила, а сам он в момент ее гибели спал.
- Я постоянно задаю два вопроса: почему возбудили дело по 105 статье, если никаких причин заканчивать жизнь самоубийством у Лили не было, и как ее сотовый телефон оказался в руках мужа, - говорит мать девушки Галина МЕЛЬНИК (на снимке). – Да, у них были проблемы с мужем: он ей запретил иметь детей, отказался дать свою фамилию, потому что был верующим иудеем, а она христианкой. И я не отрицаю, что подозревала, что Марк мог быть причастным к гибели моей дочери. Но долю его ответственности должны были установить правоохранительные органы, и я писала много ходатайств, а про самоуправство мы никогда не думали. Мы признаны потерпевшими, но ни одного документа по делу нам не показали. В январе я написала жалобу министру внутренних дел, и мне ответили, что действительно, следствие вообще не велось.
"Как установлено, надлежащее расследование по данному делу не проводилось, меры по обеспечению полного, всестороннего исследования всех обстоятельств дела – не приняты", - сказано в ответе министра Ерлана ТУРГУМБАЕВА.
Виновного следователя наказали, но расследование после этого сильно не продвинулось. А 10 марта в десятом часу вечера домой к Мельникам вдруг постучали полицейские и предложили Галине Сергеевне проехать в Северный отдел полиции и дать показания "по вновь открывшимся обстоятельствам".
- Муж был на сутках, сын в гостях, я удивилась - четыре месяца меня никуда не вызывали, а почему теперь нужно ехать ночью? – рассказывает Галина Сергеевна. - Уже начала было собираться, а потом вспомнила, что дело о гибели моей дочери передали в следственное управление департамента полиции области и Северный отдел его больше не ведет и сказала, чтобы вызывали повесткой. А потом оказалось, что вечером в подъезде дома, где жила Лиля, был избит Марк, а потом он скончался. Полицейские в ту ночь забрали моего мужа с работы, сына из гостей и продержали их в Северном отделе полиции 14 часов. Сейчас статус сына по делу – свидетель, но его принуждают к участию в следственном эксперименте, связанном с гибелью Марка. Повестка находится у него на руках, это следственное мероприятие отложено на неопределенное время.
Сын в момент избиения находился в другом месте, чему есть свидетели и записи с камер видеонаблюдения, можно сделать биллинг его телефона, но полицейские не хотят. Я боюсь, что сына могут сделать козлом отпущения и признать виновным. Положив руку на сердце, я заявляю перед Богом и людьми, что ни я, ни мой муж, ни мои сыновья – ни один, ни другой не причастны к этому преступлению. Прошу все надзорные органы, чтобы убийство моего зятя расследовалась должным образом, чтобы расследование взяли на личный контроль прокурор и начальник департамента полиции, чтобы это дело расследовалось не так, как расследуется дело моей дочери. Прошу заставить работать правоохранительные органы, чтобы они должным образом раскрывали преступления.
Фото и видео: Ⓒ Ratel.kz / Ольга Воронько.
