Сорок сотрудников Национального музея накрыли дастархан
Руководители Национального музея в Астане весьма своеобразно продемонстрировали верность лучшим казахским традициям празднования Наурыза. Они поручили своим подчиненным поставить в фойе настоящую юрту, украшенную декоративными изделиями ручной работы, и устроили в ней той за счет сотрудников. Для обычных посетителей юрта, конечно, была закрыта. Прелестями национальной кухни и вековых обычаев насладились лишь те, кого считают творческими и научными интеллигентами.
С утра в Национальном музее стоял запах мяса и бауырсаков. Экскурсоводы, хранители и научные сотрудники музея, обремененные поручением устроить праздник, мотались туда-сюда со списком продуктов, заносили пакеты сладостей, доставленные из лучших супермаркетов, мыли фрукты, раскладывали по хрустальным вазочкам курт, нарезали салаты и перебирали кишмиш. На центральной площадке у триптиха «Мәңгілік ел» установили микрофоны, расставили стулья в несколько рядов и декорацию в виде юрты, украшенную лисьей и волчьей шкурами. Музей работал в обычном режиме. После полудня звук из гремевших колонок вырывал внутренности у посетителей, пытавшихся разглядеть за мельтешившей толпой изображение Елбасы, шагающего с оптимизмом в будущее на центральной картине триптиха.
- Наурыз-наурыыыыз, - какой-то певец извещал в колонках о начале праздника.
Ровно в четыре часа дня в центральное фойе внесли тридцатилитровую алюминиевую кастрюлю с наурыз-коже.
В этом году руководители музея не стали утруждать себя открытием специальной экспозиции, посвященной Наурызу, решив обойтись застольем и маленьким концертом, какие обычно устраивают на площадях перед сельскими акиматами. Артисты в чужих концертных костюмах, хлопая сами себе, открывали рты под фонограмму.
Этого им было абсолютно достаточно, чтобы завладеть вниманием публики. Директора музея – бывшего министра культуры, а ныне кандидата в депутаты парламента Дархана Мынбай - на празднике не было. Он выехал по делам в какое-то министерство. Главной гостьей торжества стала известная блюстительница морали и казахских ценностей экс-депутат Оразгуль АСАНКАЗЫ. Когда в программе концерта появилось место для демонстрации казахского обычая, она-то и перерезала путы малышу, орущему от непонятного ему внимания. Когда в казанах подоспело мясо, заместители директора музея повели под руки почетных гостей – человек пять - в праздничную юрту.
В интервью журналистам заместитель директора по научной работе музея Жакен ТАЙМАГАМБЕТОВ пообещал, что юрта по случаю празднования Наурыза будет стоять в музее примерно неделю, а в том, что застолье в ней устроили за счет сотрудников, не нашел ничего крамольного.
- Это добровольно. Здесь люди ничего не тратят. Я не знаю, кто, по сколько скидывался. Все из дома принесли, - сказал он репортерам и юркнул в юрту.
Сорок сотрудниц в бархатных камзолах обслуживали это славное застолье. У входа в юрту, на полу, несколько работников изображали безропотных ткачей и ювелиров, создающих диковинные товары для знати.
Хранительница музея Рыскуль БЕКТАЛИЕВА в это время разливала по пиалам кумыс и подавала знаки научным сотрудницам, когда подавать наурыз-коже, а когда менять приборы. Стоило ей шепнуть что-то очередной исполнительнице, как три джигита внесли в юрту три резных деревянных блюда с дымящимся мясом. Праздник окрылял хранительницу и заместителей директора музея, щедрые тосты ласкали их слух, вкусные деликатесы дарили удовлетворение, какое может быть лишь у настоящих ценителей высокого искусства, а косые взгляды посетителей и вопросы журналистов вызывали молнии гнева.
- На экспозиции это не влияет, мы же тут едой не брызгаем, - объясняла хранительница Рыскуль Бекталиева в интервью журналистам. – Кызым, вот такие вопросы не ставь. Есть такие музеи, где кушают, пьют. Есть музей пива, музей хлеба, где едят, пиво варят. Вот это не надо на негатив переводить. Это мы один раз в год на Наурыз проводим.
После торжества в юрте Наурыз отметили и рядовые сотрудники музея. С их более скромным меню посетители могли ознакомиться во время экскурсии по залам истории и этнографии.
