А насильники-коррупционеры чувствуют себя уверенно, защищённо и безнаказанно
Жертвы насилия часто рассказывают о ступоре, который наступал у них при виде насильника. В тот момент им будто что-то мешало кричать, сопротивляться и защищаться. Тело буквально отказывалось слушаться от ужаса, и это придавало подонкам ещё больше сил.
Несколько лет назад у меня вымогали взятки. И каждый раз, когда чиновник писал на клочке бумаги сумму или недвусмысленно намекал на вознаграждение, я чувствовал внутри странное оцепенение.
Казалось бы: позвони в прокуратуру, чей телефон висит на стене. Или громко пригрози! Ведь в этом же кабинете сидят его коллеги, они услышат. Сделай хоть что-нибудь! Но вместо этого я молча отодвигал бумажку и тихо просил выписать мне официальный штраф.
При этом вымогатель совершенно не чувствовал страха или стеснения. Вместо этого он становился наглым и озлобленным.
А я наоборот ощущал себя неуверенным и униженным (словно это я делаю что-то неправильное). Типичная психологическая модель "насильник-жертва". И каждый раз я думал: что же ввело меня в ступор? Почему я не действовал? Не позвонил, потому что побоялся пойти против системы? Не сообщил его коллегам, потому что они, вероятнее всего, сами занимаются тем же самым? Стыдно за себя.
Выходит, что мы (как и вся наша страна) буквально изнасилованы коррупцией, царящей вокруг. Насильники-коррупционеры чувствуют себя уверенно, защищённо и безнаказанно.
И они будут чувствовать себя так до тех пор, пока мы не начнём действовать и сопротивляться. Жертвы насилия не должны молчать!
Источник: страница Глеба Пономарева в Facebook. Публикуется с разрешения автора.
Иллюстративное фото: fondsk.ru.
