Адвокаты Антонины Громцевой поспешили с выводами
Банальная автомобильная авария почти трехлетней давности поставила на уши всю юридическую систему Казахстана. Дело Антонины ГРОМЦЕВОЙ показало, что наши следственные, прокурорские и судебные органы не способны профессионально и непредвзято разобраться даже с такими обычными делами, как ДТП.
Фабулу случившегося происшествия и последующего конфликта между его участниками наш сайт Ratel.kz уже достаточно подробно описывал. Берусь утверждать и сегодня, что дело это абсолютно не выдающееся. Подобных ДТП в неделю на квадратный километр любого крупного казахстанского города отыщется с пяток, а то и с десяток.
Другой вопрос - как оно расследовалось…
В основе разбирательства лежала якобы имевшая место быть в результате ДТП потеря беременности 27-летней алматинкой Антониной Громцевой. Виновником аварии, безусловно, являлся водитель джипа «Порше Кайен» 19-летний студент Олжас КОСЖАН, ударивший ее внедорожник «Паджеро» – это зафиксировала камера видеорегистратора. Однако, по логике вещей, утверждение женщины, что в результате столкновения автомобилей она потеряла будущего ребенка, должно было у органов расследования, прокуратуры, суда вызвать ряд вопросов. И даже сомнений.
Первое: почему на место ДТП не вызывались ни полиция, ни скорая медпомощь?
Второе: почему якобы находящаяся на первых неделях беременности пострадавшая не встала на учет в женскую консультацию и не проходила никаких обследований?
Третье: почему якобы беременная женщина в медучреждение обратилась в первый раз лишь тогда, когда у нее возникло подозрение на возможный выкидыш и было это спустя целый месяц после ДТП?
Четвертое: почему согласно записям в журналах Больницы скорой неотложной медпомощи (БСНП), куда женщина обратилась, не совпадает время вызова ею врачей, доставки ее в больницу и оказания ей непосредственно помощи?
Дело в том, что, судя по оформленным в БСНП бумагам, Антонине Громцевой сделали УЗИ еще до того, как доставили в больницу и одномоментно с поступлением ее звонка на пульт и вызовом ею кареты скорой помощи. А аборт в больнице ей сделали уже через 15 минут после доставки, тогда как не менее часа ушло бы только на осмотр, сбор всех необходимых анализов, УЗИ и принятие решения о необходимости операции. Было в чем засомневаться.
Всеми этими вопросами следователь просто обязан был задаться хотя бы формально, чтобы не было потом в его адрес нареканий, что подошел к делу поверхностно. Но не задался. И не усомнился. А основания для этого были. Хотя бы потому, что впоследствии в этом деле появился вот такой вот документ.
Согласитесь, когда есть хоть какие-то основания полагать, что в деле – гражданском или уголовном - может присутствовать подделка документов, это уже веский повод для подозрений.
А дальше сомнений только прибавляется.
Следствие, как и положено в таких случаях, делает основной упор на заключении судмедэкспертизы. Тут вступает в дело алматинский судмедэксперт М.Д. АБУОВ. Он обращается за проведением гистологической экспертизы к эксперту-гистологу А. САТМУРЗАЕВУ. И получает от него гистологическую экспертизу за № 2855, в которой указан результат – беременность отсутствует.
Почему-то это заключение не просто ставится под сомнение, а вообще не подшивается к делу. Зато проводится другая экспертиза – на этот раз сотрудником Центральной городской клинической больницы № 12 неким Б. САХМЕТОВЫМ. И на основе его гистологического заключения о том, что у Антонины Громцевой беременность была, судмедэксперт Абуов делает уже свой вывод о наличии у нее беременности и ставит потерю ребенка в причинно-следственную связь с аварией. Дальше все идет как по накатанному. Следователь на основе выводов экспертизы выдает обвинительное заключение. Прокурор района его утверждает и передает в суд, районный судья выносит решение, что виновник аварии Олжас Косжан скрылся с места ДТП и ему светит 4 года лишения свободы, плюс выплата потерявшей ребенка Антонине Громцевой 12 миллионов тенге возмещения морального и физического ущерба.
А через два года выясняются такие интересные вещи, от которых начинает потряхивать и непосредственных участников этой истории, и все оказавшиеся в нее втянутыми правоохранительные, надзорные и судебные органы, и медучреждения, и систему судмедэкспертизы.
Во-первых, сотрудник 12-й горбольницы Алматы Сахметов, гистологическое заключение которого по сути легло в основу обвинительного приговора, не имел права давать экспертное заключение. Это подтвердило официальным письмом его начальство. Сначала Сахметов вообще отказывался, что давал такое заключение, но потом, когда следователи приперли его к стенке подписанными им бумажками, сознался, что сделал это по просьбе судмедэксперта городского Центра экспертизы Абуова. В результате внутреннего разбирательства в 12-й больнице Сахметову пришлось уволиться и … вскоре он трудоустроился в Алматинский городской центр судебной экспертизы. Сейчас работает вместе с Абуовым.
Во-вторых, сам Абуов также не имел права давать заключения, которое дал, поскольку по инструкции и закону о судмедэкспертизе такие заключения выносятся коллегиально, а не одним судмедэкспертом единолично. И этому тоже есть официальное подтверждение.
В-третьих, отыскалось якобы потерявшееся гистологическое заключение эксперта Сатмурзаева. Его копию, как и сделанные им выводы, вы можете видеть на иллюстрации выше. Скажу больше: анализируя свою первую гистологическую экспертизу, которая беременности у Громцевой не обнаружила, и последующую экспертизу, утверждавшую, что беременность была, эксперт-гистолог Сатмурзиев пришел к выводу, что уже после его исследования произошла подмена исследуемого материала. О чем он дал свое экспертное заключение, сделав однозначные выводы, с которыми мы сочли необходимым познакомить наших читателей.
Но и это еще не все. Оказывается, сразу после аборта у Громцевой, еще в БСНП, была проведена самая первая гистологическая экспертиза. Вот ее показания.
И по оценке целого ряда привлеченных специалистов в области акушерства, гинекологии и гистологии, заключение которых приравнивается к рангу экспертиз экспертов самого высокого класса – профессорами МИРЕЕВОЙ, БАЙНАЗАРОВОЙ, ОМАРОВЫМ, МАКСУТОВОЙ, МУСАЕВЫМ - беременности у Антонины Громцевой ни на момент ДТП, ни на момент проведенного ей аборта не было. Материал, который был получен в результате проведенной ей медицинской операции, свойственен обычному месячному циклу у женщин. Здесь полностью прилагаем только одно из них – рецензию доктора медицинских наук профессора Байназаровой А.А.
Существуют в этой истории еще две экспертизы. Их проводили в Астане. Первая, за №2959/14/6688-90, проводилась экспертами ИМАМБАЕВОЙ и ОСПАНОВОЙ. Они пришли к двойственному выводу – что данные гистологии позволяют предположить как наличие беременности, так и ее отсутствие.
А вот вторая экспертиза, проведенная в Астане коллегиально приехавшими из разных регионов республики экспертами МЕНЕКЕНОВОЙ и ОМАРОВЫМ.
Эти эксперты пришли к выводу, что представляемые на исследования материалы вообще разные – возможно, принадлежат одной и той же женщине, но взяты в разный период. В одном случае – когда беременности не было, а в другом – когда была.
Причем как раз тот биологический материал, который позволил сделать вывод о наличии беременности, оказался разбит в двух местах. Когда следователи допросили проводивших первую астанинскую экспертизу экспертов Иманбаеву и Омарову, те дали показания, что действительно по неосторожности раздавили один из исследуемых материалов объективом микроскопа.
Они признались, что выводы о наличии беременности были вынесены ими ошибочно. Дескать, были введены в заблуждение тем, что пришлось проводить экспертизу двух разных биоматериалов, один из которых был явно подложным.
Для того, чтобы совсем уже поставить на место некоторых сомневающихся в дотошном и профессиональном подходе журналистов нашего сайта Ratel.kz к своей работе, приведем здесь заключение по поводу выкидыша у госпожи Громцевой доцента кафедры акушерства и гинекологии Алматинского государственного института усовершенствования врачей, доктора медицинских наук Т.Д АЛИЕВОЙ. Аналогичных - в этой ставшей уже скандальной истории имеется еще с пяток.
А теперь подведем черту. На днях адвокаты Антонины Громцевой сделали заявление: возбужденное против нее органами МВД уголовное дело по подозрению в ложном доносе закрыто. Судом. По предписанию прокуратуры. В ответ так называемая неравнодушная общественность обрушилась чуть ли не во всех социальных сетях и на Олжаса Косжана, и на его семью, и на наш сайт. Мол, очернили и без того пострадавшего человека – теперь придется ответ держать!
Логично. Если не считать нескольких больших НО…
Доводы ЗА то, что на момент ДТП Антонина Громцева все-таки была в положении, основаны на двух вынесенных в нарушение всех норм как уголовного, так и гражданского права, заключений, авторы которых в одном случае не имели на это ни юридических, ни должностных полномочий, а в другом – использовали явно поддельные, а при этом еще и механически поврежденные биоматериалы.
Доводы ПРОТИВ того, что Громцева была беременна, основаны на целом ряде заключений тех экспертов, кто по своей квалификации, должности и профессии имел право их давать. Всего - две комиссионные судебно-экспертизы об отсутствии у Антонины Громцевой беременности, пять подтверждающих это же гистологических экспертиз биопрепарата, шесть говорящих о том же заключений специалистов самого высокого класса в области акушерства и гинекологии. Плюс – официально подтвержденный факт подмены одного из биоматериалов, явной попытки его последующего физического уничтожения под видом случайности. Плюс – официально подтвержденные примеры намеренного игнорирования и сокрытия фактов, говорящих в пользу виновника ДТП Олжаса Косжана.
Есть и еще одно обстоятельство: предписание прокуратуры о закрытии уголовного дела, на которое ссылаются адвокаты Антонины Громцевой, инициировано по запросу прокуратуры Алмалинского района Алматы. А запрос подписан прокурором этого района К.Е. МАМАЕВЫМ – именно он в 2012 году подписал обвинительное заключение в отношении Олжаса Косжана и привлек его к уголовной ответственности по делу о выкидыше у Громцевой. Следовательно, прокурор является одним из заинтересованных лиц в однозначном исходе этого дела. В отношении него, кстати, в прокуратуру города Алматы стороной Косжана направлено ходатайство об отводе. Но по каким-то причинам не удовлетворено. Во всяком случае пока.
И еще. Все изложенные выше деликатные медицинские подробности мы сочли возможным для себя обсуждать только потому, что и сама Антонина Громцева, и ее юристы не слишком стесняются их выносить на потребу публики. Что делали уже не раз.
А что касается уголовного дела - ни в отношении Антонины Громцевой, ни в отношении наломавшего больше всех дров судмедэксперта Абуева - судом оно пока не прекращено. Связавшись с органом уголовного преследования, мы выяснили, что адвокаты женщины несколько поспешили…
