"Правильная" и "неправильная" экспертиза

14328 просмотров
0
Евгений ЖОВТИС
Понедельник, 02 Мар 2020, 09:10

Независимых экспертов найти очень трудно и гарантировать, что они не испугаются или не начнут осторожничать, невозможно

Несколько слов по поводу экспертов по делу о гибели Дулата АГАДИЛА.

Читайте также
В прокуратуре рассказали, откуда берутся трупные пятна

Чтобы всем было понятно: сертифицированные эксперты, те, которые называются экспертами, это те, кто работает в Центре судебных экспертиз Министерства юстиции РК (ЦСЭ МЮ). То есть, они получают заработную плату от государства и, соответственно, их место работы - государственное учреждение. Есть ещё такие же эксперты, которые не работают в этом государственном учреждении, поэтому они не называются экспертами, а - специалистами.

Мы уже несколько лет пытаемся добиться того, чтобы все, кто обладает соответствующими знаниями и квалификацией и лицензией на право занятия экспертной деятельностью, назывались экспертами, и чтобы для суда частные специалисты ничем не отличались от экспертов ЦСЭ МЮ, но пока ничего не меняется. К тому же эксперты ЦСЭ МЮ вместе с полицией, прокуратурой и судом пытаются доказать, что раз специалисты работают по договору с частными лицами, то они и выполняют заказ этих частных лиц. То есть, имеется в виду, что государственные эксперты такие честные и неподкупные, потому что им платит государство, хотя очевидно, что раз они работают в государственном учреждении и при "неправильной" с точки зрения властей экспертизе могут потерять место работы, то они явно зависимы от стороны обвинения со всеми вытекающими последствиями. Тем более, что у нас институт репутации и научной объективности уже давно ниже плинтуса. Независимых экспертов найти очень трудно и гарантировать, что они не испугаются или не начнут осторожничать, чтобы не вступать в конфликт с властями, невозможно, что касается и проблемы поиска независимых адвокатов.

Читайте также
В Нур-Султане простились с Дулатом Агадилом

Сразу после сообщения о смерти Дулата мы сначала начали связываться с адвокатами, и договорились с Бауржаном АЗАНОВЫМ, который уже ехал в ИВС, а потом в СИЗО, что мы оплатим его услуги по делу о гибели Дулата. Потом через Уполномоченного по правам человека стали договариваться с МВД РК и Генеральной прокуратурой о допуске специалистов для независимой экспертизы. У нас было всего несколько часов, чтобы найти такого специалиста или специалистов, потому что нам предлагали их допустить вечером в день смерти или на следующее утро, потому что решался ещё вопрос похорон по мусульманским обычаям. Так что мы с трудом нашли двух специалистов, которые не работают в ЦСЭ, и согласились провести такую экспертизу. Мы гарантировали им оплату, и они в присутствии Бауржана такое обследование провели. Опять же гарантий полной независимости нет, как нет и постоянных независимых специалистов с гарантиями независимой экспертизы, к услугам которых можно было бы прибегать даже при условии оплаты. Особенно по "политическим делам".

Источник: страница Евгения Жовтиса в Facebook, публикуется с разрешения автора.

Фото: Tengrinews.kz.

Депутат Курултая:
«Статус врача – это вопрос биологической и национальной безопасности»
Забастовки, наводнения, пожары, дипломатические кризисы и войны
Главное в мире
США перебрасывают к Ирану около 9 тысяч военных: Трамп допустил новые удары
На фоне угрозы новой эскалации Brent держится выше 100 долларов за баррель
ООН как зеркало раскола: почему главные договорённости всё чаще ищут за пределами Нью-Йорка
Доллар упал на 20%, депозиты дают до 20%: что сейчас делать с деньгами
Как изменился финансовый рынок Казахстана и почему высокие ставки заставляют пересмотреть привычную стратегию сбережений
Почему люди в Казахстане не верят в закон
Адвокат Асқат Сулубек о том, почему недоверие к закону часто связано с практикой его применения и зачем гражданам знать свои права
Скотч, камча и стигма: как страх перед психиатрией едва не стоил жизни молодой матери
Как отличить послеродовой психоз от депрессии и когда необходима срочная помощь – мнение специалиста
История без мифов: зачем Казахстану заново осмысливать свое прошлое
Политолог Максим Крамаренко о героях и культах, наследии Алаш, советском периоде и исторической памяти
Совет Безопасности становится вторым стратегическим контуром Президента Токаева
Тандем Карин - Балаева в этой конфигурации один из центральных элементов новой политической архитектуры
«Мүсіндер» в Almaty Museum of Arts: как казахстанская скульптура рассказывает нашу историю
Скульптура – это то, обо что вы спотыкаетесь, когда отходите назад, чтобы рассмотреть картину
Китаист Алексей Маслов  о климате, ресурсах и новых правилах игры
Китай меняется - и соседям надо готовиться
Суд поставил точку в деле бывшего главного редактора Orda.kz Гульнар Бажкеновой
Миллионы через ИП и зарплаты наличными
Город будущего построят в Алатауском районе Алматы
Что увидели журналисты во время пресс-тура по району
Дубай после бума: стоит ли казахстанцам инвестировать в ОАЭ в 2026 году
Главное преимущество недвижимости – наличие реального актива
Бездомные животные: закон есть, системы – нет
Почему ставка на массовое уничтожение не снижает ни численность, ни риски, и что на самом деле не сработало в действующей модели
Криптоплатеж при Президенте
Казахстан в ДТП каждый год теряет небольшой город
Главный редактор журнала «За рулём» комментирует ДТП на Аль-Фараби
В чьих интересах бомбили КТК?
Атаки беспилотников на Каспийский трубопроводный консорциум ударили по экономике Казахстана
От доступа к медицинской помощи до лекарственного обеспечения
Как системное игнорирование процедур публичного обсуждения меняет баланс законности в регулировании здравоохранения Казахстана
Национальный курултай и перезапуск политической жизни
Переход к однопалатному Парламенту и его переименование в Құрылтай