Людской суд

5676 просмотров
24
ЕРМЕК ТУРСУНОВ
Суббота, 22 Апр 2017, 12:30

Традиционно по субботам Ratel.kz публикует новые рассказы кинорежиссера и писателя Ермека Турсунова, которые войдут в его новую книгу

На снимке: Ермек Турсунов.

Читайте предыдущий рассказ Ермека ТУРСУНОВА «Дядьвитя – матадор».

У старика Ерасыла умерла жена. Калипа ее звали. Семьдесят шесть ей было. Дай бог каждому, как говорится. Хорошо пожила Калипа. И детей вырастила, и внуков понянчить успела.

Читайте также
Приключения мазара

Болеть особо не болела, тихо отошла. Во сне. Говорят, такую смерть господь только безгрешным отпускает…

И вот старик остался один.

Дети давно в городе, наезжают изредка. Все некогда им. Известное дело – город. Он людей не жалеет, город-то. Он до последнего из  человека человеческое высосет.

Пока жили со старухой вдвоем, вроде как, и не больно надо. Скучали, конечно, но не так, чтобы на стенку лезть. А тут затосковал старик. Извелся. И не в том дело, что некому суп сварить. Ерасыл давно и посуду сам привык мыть, и пол в доме мести, и в огороде возиться. Да и много ли ему, старику, надо? Что ел, что не ел – все одно.

Ну и сон пропал. Не сон, а так, маета одна. Глаза закроешь и вроде как спишь. А может, и помер уже. Не поймешь.

А утро настанет, солнышко выглянет из-за гор и вроде как вставать надо. Только вот зачем - вот вопрос. Кто тебя в пустом доме ждет? Кто завтракать позовет? Кто вообще чего скажет?

Не знал, не думал Ералы, что жизнь такое ему уготовит. Что будет он вот так, на старости лет, в одиночку дни коротать. Да и когда об этом было думать? Все носился как лишенец, суетился чего-то. Деньги эти проклятые зарабатывал. Семья большая – пятеро детей. Всех накормить, обуть, образование дать каждому…

Читайте также
Далай-лама – потомок легендарного Борангазы Голосистого

Вот. Дал, называется. Разъехались все. А чего им тут в селе делать? И  села-то уже того нет. Выцвело все, облезло да истлело. Из стариков только он да еще несколько таких же трухлявых пней осталось. Доживают.

Вот теперь и Калипа ушла. Молча и безропотно, как и жила всю жизнь.

Первое время даже как-то не по себе было Ерасылу. Шутка ли – пятьдесят четыре года вместе. Иной раз по привычке ждал ее. Сидел на кухне, не двигался. Шуршал газетой. Сердился: куда это она запропастилась, карга старая?

А потом  – бум, как обухом по голове! Бог мой, так она ж померла! Совсем померла. И не придет больше…

Днем еще ничего. Копошился по хозяйству, забывался.

А вот по вечерам…

Когда аул стихал и последние припозднившиеся в потемках возвращались к себе и торопливые их шаги мерно стихали в дальних закоулках переулка…

И опускалась ночь. И накрывала черным все вокруг, и лишь брехали где-то на цепях собаки, и в домах по одному начинал гаснуть свет, а потом и весь аул погружался в темноту…

Вот тогда совсем...

И не заснешь, опять же…

Ерасыл долго лежал с открытыми глазами, потом тяжело поднимался с постели, шел на кухню, чиркал спичкой, зажигал керосинку, чтоб сэкономить свет, и ставил на плиту чайник. Не потому, что чаю хотелось. Нет. Просто смысл был в этом какой-то – человек чайник поставил.

Читайте также
Полведра молока за Аллегрову

А дальше что?

Ну, чаю попил, яйцо сварил, съел. Теперь что?

Так и шатался, пока рассвет не займется. С ним и ложился. С рассветом. Спать все одно не хотелось, просто уставал. Утомляли Ерасыла мысли его беспокойные.

И были бы мысли. Были бы думы великие. А то ерунда одна в голову лезет. Вдруг вспомнит, чего у него в жизни было хорошего. Улыбнется. А иной раз расстроится.

И однажды пришла ему в голову мысль. Неотступная такая мысль.

Через три улицы от него жила бабка  – Нуржамал. Тоже одна. Муж ее помер лет десять назад. Дети все, как водится, повырастали и разлетелись кто куда. Изредка, по праздникам, навещали. Но тоже не часто.

Ерасыл решил – пойду к ней, поговорю. А что? Никто ж мне за это в лицо не плюнет.

Скажу ей, мол, давай, переезжай ко мне. Вдвоем и скоротаем как-нибудь. Все не так одиноко будет. Живая душа все-таки, человек в доме. Не собака.

В городах старики вон и собакам рады. Кошек заводят. Попугаев… Делать нечего, дураки.

Да и ей, небось, несладко. Одной-то куковать. А тут – вот. Может, и не опора, но зато костыль. А скоро и зима на носу. А зимой и вовсе никуда не выйти. Иной раз думаешь – не дотяну на этот раз до тепла, так и крякну. И никто не заметит…

А детишки будут приезжать – ради бога. Пусть приезжают.

Читайте также
От Гитлера до трансвестита – один шаг

Наоборот: приедут – обрадуются. Успокоятся. Целый человек рядом. И им не так тревожно будет. Если чего случится – сообщит. Скажет – что делать надо.

И – пошел. Костюм еще зачем-то напялил, сто лет неодеванный. Медали нацепил.

Нуржамал удивилась. «Заходи» – сказала. Стул поставила. Сама села напротив и недобро уставилась на Ерасыла. Чего типа, приперся, старый хрыч?

Но Ерасыл сделал вид, что не заметил и начал. Издалека.

Вот, погляди, мол, у человека все – парой. Два глаза у него и два уха, двое ног у него и рук тоже двое. А как отрубят одну руку, то и не знаешь что за хрен такой? Не болит, а – красный. Поэтому давай жить вместе.

Нуржамал аж рот открыла.

- Как это – вместе?

- Ну, так, - ответил Ерасыл. - Как все.

- А что люди скажут?

- А что они скажут? - отмахнулся Ерасыл. - Кому какое дело? Ничего особенного. Тоже мне новость.

Нуржамал словно окаменела, не двигалась. Видно было, что она и вправду растерялась и борется теперь с путаницей в голове, но не шибко это ей удается.

Ерасыл поспешил на помощь.

- Ты это, - сказал, - не отвечай сразу. Посиди-подумай. Может, и ни к чему оно? Я ж со своей колокольни рассуждаю. Муторно одному, вот и подумал: почему бы вместе не дотянуть?

- Это что же, - стала потихоньку отходить Нуржамал, - ты меня замуж зовешь, что ли?

- Да какой там замуж! - скривился в улыбке Ерасыл. - Скажешь тоже.

- Ну а как это тогда?

И старики замолчали. Призадумались.

С одной стороны выходило – обоим уже за полтораста лет. Женихаться вроде как поздно. С другой – сходятся же как-то люди. Сходятся и живут. И ничего.

- В общем, ты это, - поднялся со своего стула Ерасыл, чувствуя, что разговор не очень клеится. - Ты подумай. А то осень на исходе. А у меня угля еще тонны две с той зимы осталось. А у тебя корова есть…

- Ну да, - вдруг согласилась вслух Нуржамал. - Мороки с этим углем. И печь хорошо бы перебрать, да некому.

- Так ведь и я о том же, - поддакнул Ерасыл и пошел к двери.

У порога обернулся, хотел было что-то еще сказать, да не решился. Ушел.

Читайте также
Жизнь на острове Везения

На селе никакой слух на месте долго не лежит. Все видели, как Ерасыл заходил в старухе Нуржамал. Никогда ведь к ней не наведывался, а тут вдруг вырядился. Зачем, спрашивается?

И понеслась по деревне карусель: старики, мол, из ума выжили. Любовь крутят. Земля еще не просохла на бабкиной могиле, а он уже к другой клинья подбивает, кобелина.  

И эта тоже хороша: вместо того, чтобы поленом по горбу, так она ему еще и водочки налила, стол накрыла…

Разговоры эти быстро долетели и до города. Примчался старший сын к Ерасылу. И чуть ли не с порога попер:

- Ты что, отец, свихнулся?

- А что?

- Что значит «что»? Какая женитьба?!

- А кто говорит «женитьба»? - повысил голос и Ерасыл. - Никакая это не женитьба. Просто человеку нужен человек, нельзя в старости одному. Разве это запрещено?

- Ну а сколько раз я тебя звал к себе?! - не унимался сын. - Ты ж не едешь. И к другим тоже.

- И не поеду, - вскинулся Ерасыл. - Чего я там в твоем городе не видал? Здесь помру, здесь и похороните. Если время найдете. Вы ж все занятые теперь…

Поругались, одним словом, и сын хлопнул дверью.

А к Нуржамал дочка приехала.

Вначале поплакали, как водится. Поревели. Потом завелись - и давай до утра тарахтеть.

В принципе, дочка мать свою любила. Любила и жалела. Жалела, но помочь ничем не могла. Оно, конечно, вроде как и неудобно со стороны, но женщине в таком возрасте тоже, понимаешь, непросто. Ей, можно сказать, даже тяжелее, чем мужику. Хотя…Кому грузные годы на пользу?

Посидели кумушки до утра, повздыхали, да так ничего и не решили.

- Поступай, как знаешь, - сказала дочка и тоже уехала.

А деревня разделилась на два лагеря.

Одни прокурорами заделались. Судили: с ума посходили старики. Совсем стыд потеряли. Какой пример молодым?!

Другие выступали адвокатами. Убеждали остальных: он же не своровал ничего, дед-то. Не стал таиться, пошел и открыто все  выложил. Ну и молодец, все правильно сделал.

А сами Ерасыл с Нуржамал смутились чего-то. Подумали – это же сколько шума из-за нас. Сколько разговоров. Нуржамал даже хотела переехать, спрятаться куда-нибудь подальше, но – куда? Некуда. Да и не к кому.

А Ерасыл, тот и вовсе перестал с людьми разговаривать. Как отрезало: не замечал их вообще. Ходил, не оглядывался.

Но долго еще по аулу бродил слушок, будто бы Ерасыл снова таскается к Нуржамал. Печь якобы чинит.

Врали, конечно. Никуда он больше не ходил. Дома сидел. Даже в огород свой перестал лазить. Поросло все бурьяном.

И вот однажды…

Зима уже лютовала. Снега намело по самые крыши. С утра морозило.

И полезла Нуржамал к себе в погреб за маринадами, а  когда шла обратно - упала. Соседи заметили. Прибежали. А она уже не дышит. Врачи потом сказали – тромб оторвался. Не мучилась. Секунды…

Хоронили за поселком. На мусульманском кладбище. И Ерасыл пришел после. Не плакал, правда. Сидел молча за столом. И все исподволь поглядывали на него. Думали: а может, и надо было им съехаться? Может, пожила бы еще Нуржамал…

Хотя…кто его знает, как оно сложилось бы.

Никто не знает.

Фото: Дмитрий ГЭРТ.

Aisaghali 2017-04-22 12:42:51
0
Молодец, Ермек. Для меня ты - великий писатель. Душевно, правдиво, просто по-человечески...
Тэтяна 2017-04-22 12:54:05
0
Начал за здравие, закончил... ничем.
Мэссмер 2017-04-22 13:27:27
0
Как Ермек начал печататься здесь не пропускаю читаю его рассказы Всегда интересно и задевает за живое В наше время мало осталось настоящих людей кого можно просто почитать
Мурат.Костанай 2017-04-22 14:29:02
0
У Ермека читать нужно и надо между строк, с глубинными смыслом. Правильно делает. Рассказ не столько как о стариках, а о наших сёлах, о наших отношениях к старикам, о наших аульных корнях, о душевной пустоте некоторых людей и о том в конце концов - что жизнь всегда продолжается: и при Советах и при вхождении в 50- ку развитых стран и при третьей модернизации.
Реалист 2017-04-22 15:22:53
0
Спасибо, Ермек. Каждый сам должен ответить себе на главные вопросы... ... "Я здесь, от суетных оков освобожденный, / Учусь я в Истине блаженство находить, / Свободною душой Закон боготворить, / Роптанью не внимать толпы непросвещенной, / Участьем отвечать застенчивой мольбе / И не завидовать судьбе / Злодея иль глупца - в величии неправом. (с)
Гульнур Алихановна Оразымбетова 2017-04-23 13:15:49
0
Все как будто в одном казахском фильме, но конец другой. Спасибо, Ермек! Почти как у Шукшина иногда. Казахский Шукшин... Не прощу себя, что ревновала папу своего к одной из его поклонниц. Ой, любили его все. Сейчас в Чу есть даже музей и уголок в нем. Комсомолец был настоящий, парторг и оратор.
Тэтяна 2017-04-23 11:09:45
-1
МАКСИМО4 С фразы, что старик все-таки переложил печь, должно было начаться повествование, как начали развиваться отношения между ними, как рождались хоть какие-то чувства, какое-то пиковое событие, которое повлияло на их объединение или наоборот. А в этом отрывке лишь: жил одинокий старик, хотел сойтись с бабкой, на него косо посмотрели, обиделся... Так ему и надо, раз оглядывается на кого-то.
Арайка 2017-04-22 23:01:20
0
С нетерпением жду каждую статью, как же мало осталось таких настоящих людей как Ермек ага.
Тэтяна 2017-04-23 10:13:42
0
Максимо4 07:28:39 Я не написала, что мне не нравится. Талант рассказчика налицо. И "глубинный смысл" здесь не настолько уж глубок, и не нов, чтобы не понять. Но не в этом дело. Нет наполненности сюжета эмоциями и чувствами, нет кульминации и развязки сюжета. Сейчас поняла, что это только начала рассказа.
Максим04 2017-04-23 07:28:39
0
Тэтяна, глубокий смысл познается не сразу. Может быть не самый глубокий смысл в рассказе, но по-моему его наличие очевидно. И начало и концовка все к месту. Мне очень понравилось.

Несмотря на заявления официальных лиц, что лишних денег в бюджете нет, правительство вдруг срочно утвердило положение о Национальном пантеоне. Чем вызвана такая спешка?

- Вам не кажется, что в стране, в которой за 25 лет судят трех руководителей КНБ (Алиев, Мусаев, Дутбаев), не все хорошо?
Суды и законы живут в разных измерениях
Казахстанский суд разрешил чиновникам прятать информацию о деньгах налогоплательщиков
Смерть в АЛЖИРе
Генпрокурору Асанову следует без камер и журналистов ехать в область, район и рвать погоны с мясом самолично
В Павлодаре срочно «рассекретили» список получателей субсидий
Информацию обнародовали за сутки до решения суда по иску к чиновникам от Ratel.kz
По законам военного времени
Ермек Турсунов встретился с карагандинским учителем физики Юрием Паком, осужденным за «телефонный терроризм»
Страсти по Навальному - 2
Оппозиционный российский политик влияет и на казахстанскую молодежь
Дело Кузнецова: где пределы самообороны?
В громком уголовном деле об убийстве возле алматинского ночного клуба «Чукотка» появились новые обстоятельства
Опаснее хакера - только коррупционер с компроматом
Проблема киберугроз и «гибридных» войн не обошла и Казахстан, где хакерским атакам уже подвергались сайты госструктур и финансовых организаций
Казахстан попал в десятку. Да не в ту
Евгений Жовтис: В Казахстане думают, что никто в мире не видит, как у нас ликвидируются независимые профсоюзы
Алишер Еликбаев: Даже если тебя съели, всё равно остаётся два выхода
Вадим Борейко продолжает цикл интервью «Лица Казнета». Сегодня его собеседник – известный пиарщик, генеральный директор сети кофеен Алишер Еликбаев
Плетенье чепухи: Германия была страной философов, а превратилась в Эльдорадо геев
Ratel.kz продолжает публикацию знаменитых записок «Плетенье чепухи» Герольда Бельгера, не увидевших свет при жизни писателя
Алматинский стрелок: как это было год назад
Девять человек погибли, четверо были ранены во время теракта в Алматы 18 июля 2016 года (видео)
Отправьте Абаева в районную газету
Каждый довод министра информации и коммуникаций демонстрирует, что он – не журналист
Бабий ветер
Самая ожидаемая рецензия года: Салима Дуйсекова прочитала книгу Баян Есентаевой (Максаткызы) «Баян. Обо мне и не только»
Путь Абаева
Айдос Сарым: У нас не хватает смелости признать очевидную смерть журналистики
ЭКСПО – наша маленькая жизнь
Сеанс разоблачения магии блистательных цифр, греющих чистую есимовскую душу
Джохар Утебеков: Мы не собираемся помирать на коленях
Известный адвокат о том, как Верховный суд политизирует обстановку
Грядет очередная задержка на Кашагане?
Откровенность министра энергетики Каната Бозумбаева очень похожа на подготовку общественного мнения к неприятной новости
Сергей Уткин: Зачем воин-папа подставил своего ребёнка
Давить на суд и прочих должностных лиц обществу можно и нужно, а вот экс-министру, использующему свои связи во властных структурах, категорически нельзя
Немецкий инвестор разочарован в Казахстане из-за Какимжанова
Гюнтер Папенбург направил генеральному прокурору Казахстана Жакипу Асанову письмо, в котором просит разобраться в закрытии расследования против экс-министра
Зачем Boeing-737 притворялся, что он Airbus-340-313
- Если вспомнить кто у Жениса Касымбека отец то многое становится понятнее ;)
Как безнаказанно украсть миллионы
- После публикации в Ратель о проблемах ЖК Юго-восток по поручению зам.генпрокурора Кравченко в Прокуратуре города Астаны создана Рабочая группа для решения этой проблемы. Большое спасибо Болату Абилкасымову за объективное освещение наших проблем...... Будем надеяться все завершиться для всех дольщиков благополучно а виновные понесут реальное наказание
Кайрату Мами вход воспрещён
- После гнусной истории с Какимжановым никаких инвесторов у нас не будет, буржуи не идиоты. ЭКСПО не спасёт, читал зарубежную прессу, там от души потешаются над этим мероприятием.
Аким Бердыбек Сапарбаев пообещал четырем братьям квартиру
- Приятно когда кульминацией материала стала логическим завершением справедливости. Спасибо редакции и всем кто откликнулся и отозвался и не остались в стороне. Можем же когда хотим, делаем же когда можем.
ООН, сюда иди!
- Позорище!!! Вот таков уровень судей в нашем славном конституционном правовом государстве, вот они птенцы из гнезда Мами. Да вряд ли и сам Мами далеко ушел по уровню компетентности от этого ... Стыдобище
В Павлодаре на торги выставили арестованную четырехколесную тачку
- Как же она годна к эксплуатации если колеса в раскорячку, тормозная система отсутствует? Надо комиссионно дефектовать и пригодные части продать отдельными лотами, а непригодные части утилизировать в специализированном предприятии имеющей лицензию. Чиновников выдавших эту дичь включить в комплект к этому имуществу как экипаж!